Последние
новости
Интервью

Дарья Растунина: «Советую отпустить сознание на прогулку»

Авангардные фрагменты
Автор: Алексей Машкевич
10 мин
31 октября, 2023
Алексей Машкевич
Фото: vk.com/albums-154636271

Одним из центральных событий пятой «Первой фабрики авангарда» стал кураторский проект «Ген» молодой ивановской художницы Дарьи Растуниной, показанный в пространстве «Артерия» на территории бывшей фабрики НИМ.

Что такое авангард и как его воспринимать неискушённому зрителю, почему Дарья назвала свой проект назван «Ген» и о чём он – обо всём этом мы говорили с художницей, которая первый раз попробовала себя в роли куратора арт-проекта.

Растунина.jpg

- В контексте «Первой фабрики» что означает слово «авангард»? Не как устоявшееся направление в искусстве, а как актуальная практика.
- Наверное, это о движении вперед и о небоязни исследовать новые веяния и практики. Пытаться открывать двери, которые уже или пока закрыты. Например, переосмыслить живопись в современном контексте. Говорят, она давно умерла, а ты пытаешься найти выход и понять для себя – что же это такое. То же самое с фотографией, с инсталляцией – это попытки творца найти новые пути развития.

- Современный авангард может нравиться/не нравиться или он вне привычных эстетических категорий?
- Авангард разнороден, и в нём много разных направлений. Есть вещи, построенные на эстетической истории, – просто красивая живопись или коллажи и фотографии. Они, конечно, могут и должны нравиться или не нравиться. А если это концептуальные вещи – текст или видео, рассказывающее какую-то историю, то здесь категории нравится/не нравится не работают. Здесь, наверное, стОит углубиться в контекст, понять, что хотел рассказать автор, и самому определить – нравится эта мысль (а не ее визуальное представление) или не нравится. Близка она тебе или нет, желаешь ли ты дальше погружаться в эту историю. Наверное, так. И ещё всё очень индивидуально. Кому-то нравится просто смотреть на красивые вещи, и в этом ничего плохого нет. Необязательно должно нравится всё современное, можно оставаться в поле традиционного искусства и восхищаться эпохой Возрождения или Шишкиным.

- В твоём проекте «Ген» представлены не только работы художников, которые рисуют и делают инсталляции, но и проекты фотографов, поэтов. «Ген» – это проект об изобразительном искусстве?
- Не только об изобразительном, а в целом о современном искусстве. Это попытка посмотреть, что есть в современности, что ее определяет. И было бы странно смотреть только на изобразительное искусство, на живопись, потому что не только она определяет поле этой современности. Поэтому, да, здесь представлены и фотографы, и поэты, но представлены именно как художники, потому что это широкое понимание. Тут ближе слово аrtist – как обозначение человека-творца, который пытается осмыслить определённые вещи.

- То есть это проект о том, в том числе, что любой мыслящий и стремящийся к чему-то человек может быть художником в определённой точке?
- Да, безусловно.

- Проект называется «Ген», он представлен в рамках «Первой фабрики авангарда». О чем он?
- Когда это название возникло, все думали, что это что-то про генетический и культурный коды...

- Но ты сама эти понятия часто употребляешь.
- Здесь речь не о коде нашего города, хотя о нём тоже есть. Скорее это попытка нащупать общий культурный код нас как как человечества. В проекте художники не только из Иванова, но мы с ними на одном поле. «Ген» здесь от слова «генерация» – вещей, форм, смыслов, созданных в одно время, но не в одном месте. Ведь так или иначе на всех нас влияет всё, что мы видим вокруг себя, а художники это каким-то образом ещё и осмысляют, генерят новые идеи и смыслы.

- Кому пришла идея проекта?
- Это полностью моя идея. Ирина Витальевна [Голубева] в этом году предложила мне стать куратором на «Фабрике». Сделать свой проект с современными художниками. Мы сначала хотели сделать только про Иваново, пригласить только ивановских художников, но поняли, что хочется сделать более глобальную вещь и посмотреть, о чем думают неивановские художники, сблизиться с другими комьюнити, наладить связь, которая важна в профессиональной практике художника и куратора. Я предложила сделать open call, и в этот момент придумалась вся история про генерацию, объединяющую эти разные формы.

- Как отбирались работы на open call? Кто отбирал? Насколько много было личного при отборе?
- Я слышала историю о том, что «Даша набрала выставку из своих друзей», но я позвала не только их (смеётся). Я выслушала много претензий по этому поводу, но каждый раз говорила, что ту или иную работу не взяли не потому, что художник плохой, а из-за того, что она не срослась с моим концептом, не включилась в него. Тем более я отбирала не одна, был художественный совет, состоявший из Алисы Савицкой, Александра Дашевского, Александра Климохина и меня, и от каждого была аргументированная экспертиза, а не просто «этого берем, а того не берем». Я собрала экспертизы от Савицкой и Дашевского, у себя в голове скомбинировала, чтобы всё завернулось в единую форму… И всё получилось.

- Ты первый раз выступаешь куратором в таком масштабном проекте?
- Да, но куратор – это слишком, как мне кажется, амбициозное звание. Не очень про меня. Я, конечно, больше художник, я с той стороны.

- Проект «Ген» придуман тобой, ты написала концепцию, но «нет, я не куратор».
- Конечно, это мой кураторский проект, я не отказываюсь. Но обычная моя практика – художественная. Конечно, я концептуально там всё выверяла, но у меня подход больше эмоциональный, а не аналитический.

- Еще будешь заниматься кураторскими проектами или предпочтёшь остаться просто художником?
- Мне кажется, что художник – это уже достаточно много. Чтобы делать дальше какие-то сложные кураторские проекты, нужно в это углубляться, а у меня желание развиваться как художник – это та форма, которая мне больше подходит. Мне вообще трудно логически размышлять (смеётся). Моя структура имеет свою логику, но она хаотичная, присущая больше художнику, нежели куратору и организатору. А здесь я чувствовала себя администратором, потому что очень маленькая команда, много разных проблем, которые приходилось решать, – логистика, печать работ... Со многими художниками нужно было обсуждать, как представить их работы. С каждым художником отдельно работала по выстраиванию его концептуальной роли в этой экспозиции. А когда ещё занимаешься логистикой и всем остальным, плюс отвечаешь на недовольные реплики непрошедших отбор авторов...

- Откуда деньги на проект?
- Деньгами я не занималась, я только составляла сметы. Вообще, если честно, я без понятия, откуда деньги взялись. За это отвечала Ирина Витальевна Голубева.

- И ты могла творить в рамках того бюджета, который тебе выделили?
- Да, но бюджет периодически разрастался (разводит руками), потому что какие-то затраты я могла предвидеть, а были моменты, которые предвидеть невозможно, они постоянно появлялись во время создания выставки. Что-то добавлялось, я говорила, что мне требуется, а Ирина Витальевна в ответ: «Денег нет». И откуда они появлялись – это я, к сожалению, не могу сказать.

- Я думаю, не все понимают работы, которые здесь видят. Когда тебе говорят «я этого не понимаю», что ты отвечаешь?
- Я всегда советую сначала почитать текст концепции, который висит рядом со входом, чтобы понять, как выстроена экспозиция. Там написано, от чего мы отталкивались, что такое «Ген» и про некоторые аспекты действительности, которая нас окружает. Это дает небольшой вход в то, чтобы понять проект, а дальше должно работать личное восприятие. Я всем советую отпустить сознание на прогулку – открыться новому, позволить информации проникнуть в себя. Есть ведь и тексты рядом с работами – это тоже какой-то дополнительный вход. А дальше ты волен осмыслять увиденное как угодно. В каких-то работах есть и текст, и картинка, и относительно текста ты можешь путешествовать сознанием по этой картинке. А можешь откинуть текст и путешествовать по картине сам, интерпретируя увиденное. Никто же не запрещает интерпретировать иначе, чем в тексте.

- Как ты пришла в «Первую фабрику авангарда»?
- Вообще не очень помню. На первой «Первой фабрике» мы с Ксюшей Новиковой курировали моду и дизайн. Ирина Витальевна нас пригласила, потому что мы были активные, что-то в городе делали. У нас был социальный проект «Другие берега», как-то всё было логично.

- Пришла и осталась?
- Да, да, да.

- Ходят слухи, что Ирина Голубева, бессменный куратор «Фабрики», собирается уехать в Москву, потому что здесь этот проект, по большому счету, никому не нужен. Как думаешь, без нее в следующем году состоится «Фабрика»?
- Ох, я не знаю. Мне кажется, она на себе такой большой пласт задач вывозит... И кто будет этим заниматься, если не она. Конечно, если команда, которая сейчас есть, останется (задумывается)… В любом случае нужен лидер. Потому что я, например, не знаю, где брать деньги, а Ирина Витальевна знает. А это главный вопрос.

- В одном из интервью ты говорила о культурном коде нашего города – ты сама его нащупала?
- Мне кажется, он очевиден и лежит на поверхности: от конструктивизма и агитационного текстиля никуда не деться. Можно копать в разные стороны и что-то еще найти, но глобально – это ивановские фабрики.
19 июля 2024
Все новости