Владимир Березин: «Я просто не могу сделать плохо»
Последние
новости
Интервью

Владимир Березин: «Я просто не могу сделать плохо»

Юбилейное интервью
Автор: Алексей Машкевич
11 мин
19 ноября, 2026
Дизайнера Владимира Березина и его студию «Дизайн-С» в Иванове знают давно и хорошо – кто-то заказывал там вывеску на магазин, кто-то проект торгового зала, кому-то разрабатывали интерьер дома или квартиры. Он участник многих дизайнерских выставок и один из первых в Ивановской области членов российского Союза дизайнеров. А на днях Владимиру – точнее, Владимиру Николаевичу – исполнилось 70 лет. Мы с ним поговорили о его пути в профессии на фоне перемен, происходящих в стране, и о том, как менялось отношение общества к дизайну вообще и к дизайну интерьеров в частности.

И ещё. Мы с Владимиром знакомы, как мне кажется, сто лет, и разговора на «вы» у нас не получилось.

 внутрь.jpg

- Почему ты когда-то решил заняться дизайном?
- Мне это посоветовал отец, который был профессиональным фотографом. Он спросил меня как-то, о чем я по жизни думаю. А я хотел быть столяром или плотником, что-нибудь по дереву делать. На что отец сказал: «Какое дерево? Давай-ка я тебя в художественное училище направлю». Мы пошли к завучу Нине Ивановне, которую он немножко знал, и та сказала: без проблем, пусть мальчик на подготовительных курсах позанимается и поступает. И в итоге я поступил на оформительское отделение Ивановского художественного училища.

- Ты начал профессионально заниматься дизайном интерьеров ещё в СССР, продолжил в перестройку и делаешь это сейчас. Как изменилась отрасль?
- В училище меня всему научил Валерий Михайлович Бахарев, который к тому времени закончил факультет интерьера и рекламы в Строгановке и приехал по распределению в Иваново. Он ещё в шутку рассказывал нам, как к нему приехал друг из Америки и говорит: «Ты чего закончил-то? В СССР же нет ни рекламы, ни интерьеров. Как можно заниматься тем, чего нет?» И вот Бахарев учил нас. Он нас как-то втыкал в профессию, показывал красивые иностранные книги в суперобложках: про дизайн, архитектуру западную – всё то, что было тогда запрещено. А мы подглядывали и передирали оттуда идеи. До него на оформительском отделении учили только всякой оформиловке да писать плакатным пером, а Бахарев стал нас другому учить.
Потом я по распределению уехал в город Торопец Калининской области. Это был мой первый профессиональный опыт – мне 20 лет, а меня сразу поставили главным художником города. Хотя там населения было 15 000 человек и на них три художника, из которых я главный (смеётся). Проработал там три года и вернулся в Иваново, устроился в рекламный комбинат «Росбытреклама», где художники в возрасте в основном оформляли столовые и актовые залы, занимались резьбой по дереву и по пенопласту, чеканкой – одним словом просто деньги зарабатывали. По сути, это не было дизайном, это было прикладное творчество. Чеканка стоила дорого, рекламный плакат дёшево – поэтому все делали чеканку. И вроде как надо было делать ещё привязку этих чеканок и резьбы к интерьеру, но они этого не могли делать, не умели. А я делал, хотя мне постоянно говорили старшие товарищи: «Зачем ты на это время тратишь? Ты же копейки получаешь». Я отвечал, что делаю именно так, как должно быть. Так я отработал в «Росбытрекламе» восемь лет, а потом перешёл в ЗАО «Продукты» (сейчас это «Торговая лига» – ред.). Там в перестройку Владимир Долинин (в 1990-е годы – начальник управления торговли администрации Ивановской области – ред.) создал дизайнерскую группу, которая занималась оформлением интерьеров продуктовых магазинов. Период в стране был такой, что еды в продаже почти не было, но продуктовые магазины всё-таки начали оформлять. У нас там были небольшие зарплаты – в деньгах я при переходе потерял – но зато выдавали продуктовые пайки, и я мог кормить семью. Была создана творческая группа: Витя Шананин, Володя Соловьёв, Игорь Николаенко, и в итоге мы оформили много магазинов, сделали много интерьеров.
Помнишь, наверное, было такое кафе-мороженое «Север» на пять с небольшим человек на проспекте Ленина? Там люди брали мороженое и ели его стоя за высоким столом. А мы там все переделали, и получилось 20 посадочных мест, и там даже разрешили коньяк разливать – практически сделали банкетный зал. Это был проект, которым долго ещё можно было хвастаться и гордиться.
Потом Долинин сказал, что всё это дело закрывается, и нашу творческую группу сократили. Что дальше делать? Мы всей командой пошли стучаться в рекламный комбинат на проспекте Ленина, что был напротив Союза художников. Там директор Осокин говорит нам: показывайте свои работы, мы посмотрим их на художественном совете. Приносим свою пачку ватманов, показываем, и там даже разговора никакого не было – берём вас сразу, какой тут худсовет. Но в итоге и там тоже всё стало разваливаться, комбинат переезжает на улицу Смирнова в двухэтажный дом, который не был приспособлен для работы. И проработали мы там недолго.
А потом открылось первое в городе полноценное рекламное агентство «Фирменный стиль», которое организовали бывшие комсомольские работники. Там уже работал Саша Белов (ивановский художник, 18 сентября 1955 - 27 августа 2021. – ред.), и я пошёл туда. Готов был работать простым художником, катать валиком по трафарету, но там набрали молодых ребят, которые и этого делать не умели, и мне директор сразу говорит: будешь начальником художественного отдела, и давай дальше как-то развиваться. В итоге нашли место под мастерскую и стали делать и вывески, и вообще всё, что касалось рекламы. Магазины тогда открывались постоянно, перестройка шла, недостатка работы не было. Да и конкуренции долго не было вообще. И вдруг «Фирменный стиль» закрывается – всё как-то очень быстро произошло. Всё рухнуло, все разбежались, кто-то из руководства повесился – 94-год, бандитские времена, тогда всякое бывало. У меня деньги были от продажи родительской квартиры, я предлагал их вложить в предприятие, чтобы выкрутится, но нет. В итоге нам говорят: мы вас увольняем. А в это время мы уже работали через счёт Союза дизайнеров, мы там с Сергеем Приказчиковым (первый руководитель Ивановского отделения Союза дизайнеров – ред.) параллельно базу развивали. И я деятелям из «Фирменного стиля» говорю: «Нет, ребята, это мы вас увольняем (улыбается) и это мы с вами расстаёмся. Мы сами всё умеем, нам никого не надо». И так в 1995 году образовалась наша студия «Дизайн-С». Потом с Приказчиковым мы расстались, а я вот до сих пор работаю.

- Когда твоя работа была более востребована?
- Я и сейчас востребован (смеётся). Были провальные моменты, когда меньше клиентов было. Но чаще всего клиент приходит, уходит, нарезает круги по городу, ищет какие-то другие студии, а потом всё равно возвращался ко мне.

- Сколько человек у тебя сейчас работает?
- Пятеро, а до этого было и пятнадцать, и больше. Но мы поняли с Максимом (Березин Максим, сын Владимира. – ред.), что нет смысла держать 100 человек. Их же надо кормить: зарплату заплатить, налоги. Всё оплатишь, а потом считаешь и думаешь: а мне-то что осталось?

- Чего больше в твоей работе: творчества или администрирования?
- Сейчас уже одно творчество, потому что директором студии стал Максим. И теперь уже он совмещает и творчество, и администрирование, и строительные работы, и всё остальное.

- То есть проблему преемственности ты уже решил.
- Да.

- Ты так же, как когда-то тебе отец, посоветовал Максиму иди в художественное училище?
- Ну да, я его туда направил.

- Чем интерьер, сделанный профессиональным дизайнером, отличается от интерьера, сделанного из схожих материалов профессиональными строителями?
- Хорошие строители чаще всего говорят клиенту: мы там вот так делали. Хотите и вам сделаем так же – это возьмём отсюда, это оттуда? Надёргают всего так, что получается дорого-богато, но абсолютно безвкусно.

- Ты как-то в разговоре жаловался, что окружающие не считают дизайн искусством, относятся к твоей работе как к чему-то утилитарному. Почему такое происходит?
- Есть такие клиенты, чаще всего это чиновники. Для них дизайн интерьера – это просто планшеты какие-то, а никакое не искусство.

- После перестройки государство признало дизайн творческой профессией, и даже был образован Союз дизайнеров России. Членство в союзе как-то помогает тебе в работе?
- И помогает, и стимулирует – я просто не могу сделать плохо.

- Кто твои заказчики: частные лица, бизнес, органы власти?
- Разные есть клиенты. Но наша студия шесть лет делает проекты муниципальных библиотек, сделали их уже одиннадцать. Плюс три школы, молодёжный центр. Это всё бюджет, социальные объекты, федеральные проекты. И мы с Максимом уже думаем: зачем столько времени занимались с физлицами и их жилищами? Там если заказчик платит деньги, то считает, что он всегда прав. Сделайте мне так, как я хочу, и точка. А зачем ты тогда дизайнера звал? Сделай всё сам, если такой умный. А с библиотеками совсем другая история. Ну, бывает, перегибают чуть-чуть директора: ой, а я вот так хочу. Я им тогда говорю – это же общественное здание, школа, а не ваша квартира. Мы же хотим, чтобы там посетителям было комфортно, уютно. Когда побеседуешь с ними полчасика, они прислушиваются.

- Не страшно с бюджетными деньгами работать?
- У нас не такие большие деньги на этих заказах, чтобы как-то химичить. Да и зачем?

- Отмечая свой юбилей персональной выставкой, ты решил показать друзьям и зрителям проекты городских и сельских библиотек. Почему не показал картинки из дорогих квартир и особняков?
- Мной руководила немножко другая идея. Из одиннадцати проектов, представленных на выставке, реализованы уже шесть. Открытие спроектированных нами библиотек показывают по телевидению, говорят много хороших слов – как здорово, красиво, удобно – но ни слова о нас. Студии «С-Дизайн», в которой работают отец и сын Березины, как будто и нет вообще. Все добрые слова достаются чиновникам, которые ленточки перерезают. Ведь как у клиентов: если все хорошо получилось - это он придумал. А если плохо, то это дизайнеры такие попались. Поэтому на выставке мы хотим и показать своё имя, и привлечь людей в библиотеки. Ведь когда на наши планшеты смотрят, часто спрашивают: «А что, у нас правда в области такие библиотеки есть? Надо сходить».

- Бумажные книги читают всё меньше, и библиотеки кажутся вымирающей натурой. Что в этой истории медленной смерти маленьких библиотек может изменить дизайн помещения?
- Многое. Мы сделали сельскую библиотеку, и после реконструкции её посещаемость увеличилась в два раза. Люди ходят, потому что их привлекает такое место, оно становится многофункциональным общественным пространством – не только библиотекой.

- Сегодня на дворе очередной кризис, все вокруг жалуются на нехватку денег, многие закрываются. Как чувствует себя студия «Дизайн-С»?
- Я же говорю – мы востребованы, умеем зарабатывать деньги. И клиенты к нам идут.

афиша.jpg
19 ноября 2026
Все новости