Но интересно, что в своём тг-канале Ивановскую область Евгений Линин упомянул последний раз 1 декабря 2025 года, прокомментировав нашу новость о задержании сотрудниками ФСБ ранее осужденного за мошенничество Владимира Зайцева, когда-то подвизавшегося в местном ОНФ. Евгений там поддержал наше предположение о том, что Зайцева взяли в том числе за то, что он ураганил с благотворительностью в зоне СВО и обманом выманивал у бойцов деньги, давая им несбыточные обещания. Что это были за обещания, в данном случае не имеет значения.
У себя в канале Евгений цитирует письмо, полученное им от бойца Р. (как вы понимаете, я не могу назвать его фамилию и место дислокации, но готов поделиться этой информацией с правоохранителями. – А.М.), проходящего службу в зоне СВО. Боец напоминает Линину о своей истории с мошенником Зайцевым. Говорит, что тот денег ему не вернул, но претензий к Зайцеву предъявить невозможно, потому что тот «у меня денег не брал. Мне его посоветовала Юля Гусева, и деньги брала она у меня из дома». А теперь «Юля обещает и кормит завтраками», а на предложение бойца написать заявление правоохранителям отвечает, что «согласна написать, но ему (Зайцеву – А.М.) ничего не будет, он этим давно занимается, и у него есть связи в структурах». И в конце боец Р. задаёт Линину вопрос, который лично мне кажется риторическим: «Они ждут, когда нас убьют, чтобы не отдавать деньги?!»
И экс-руководитель исполкома регионального отделения ОНФ свой пост заканчивает словами: «Надеюсь, правоохранители установят всех причастных к группе Зайцева лиц, и по всем будут приняты процессуальные решения».
Такая вот дурно пахнущая история. А мне стало интересно, что это за «группа Зайцева» и имеет ли к ней отношение та самая Юлия Гусева (председатель комиссии Общественной палаты Ивановской области по общественному контролю и экспертизе законодательных инициатив, руководитель рабочей группы ОНФ по помощи участникам СВО и членам их семей, модератор волонтерской группы «НАШИМ СВОих не бросаем» – А.М.), о которой пишет Евгению Линину боец Р. Я решил спросить об этом у самой Юлии Константиновны – позвонил и задал несколько вопросов.
Фото со страницы Юлии Гусевой в ВК
На что вы брали деньги?
- Я не брала деньги у Р. Я понимаю, о чем вы говорите, но, наверное, эта ситуация сейчас касается органов дознания и судебных органов.
- А что это были за деньги?
- А как указывает сам Р.?
- Мне интересна ваша точка зрения.
- Пока правоохранительные органы… Я готова вам потом в рамках законодательства ответить на эти вопросы. Но после того, как этим заинтересуются правоохранительные органы.
- Вы с Владимиром Зайцевым Р. вернули деньги?
- Я не имею отношения к этим деньгам.
- Вы давно знакомы с Зайцевым?
- Ой, имелся такой печальный опыт. Наверное, это был конец 2022 года. Тогда мы только начинали заниматься волонтёрством, обрастали новыми знакомыми. И среди них, к сожалению, оказался Зайцев.
- Евгений Линин в интервью «Слухам и фактам» говорил о «волонтёрском туризме» - это про Зайцева?
- Не уверена, что Зайцев вообще был на СВО как волонтёр, он только здесь собирал всё и фотографировался. Насколько я знаю, он не был за ленточкой.
- Вы говорили Р., что с Зайцевым лучше не связываться, потому что у него есть связи в структурах. Что это значит?
- Не помню, чтобы я так говорила.
- А что вы говорили ему о Зайцеве?
- В какой момент?
- В тот момент, когда Р. пытался вернуть свои деньги.
- Тогда уже стало публичной открытой информацией, что Зайцев осуждён по статье «мошенничество». Я всегда говорила только то, что знала на тот момент. Например, что он волонтёр в таких-то проектах, где мы пересекались.
- Зайцева задержали не за комментарии в соцсетях, а за махинации с гуманитарной помощью?
- Нет, задержали за комментарии.
- Но при этом расследуются и его шалости с гуманитаркой.
- Это, как бы, был общеизвестный факт – он непорядочный человек.
Ещё Юлия Константиновна сказала, что ни о какой группе, помогавшей Зайцеву проворачивать сомнительные делишки, она не знала. И завершила наш разговор такими словами: «Зайцев бросил тень на всех волонтёров. Он злоупотреблял доверием, волонтёрским братством. Все ведь думали, что соединены единой целью – помочь нашим военнослужащим».
Вот такая история – никаких публичных выводов из неё я делать не буду, да и не могу – маловато информации. Но подумать, уверен, есть над чем.
Тем более, что на следующий день после разговора Юлия Константиновна написала мне в телеграме, что если я опубликую нашу беседу, то моя «публикация нанесет вред чести и достоинству военнослужащего, исполняющего боевые задачи в зоне СВО, в связи с чем наш разговор будет расценен им как клевета. В связи с чем я запрещаю вам публиковать наш разговор в СМИ и публичном пространстве». Не знаю как вам, а мне кажется, что госпожа Гусева если и беспокоится о чьих-то чести и достоинстве, то точно не бойца Р.
