Наверх
— 73,2806 ₽
— 86,6250 ₽

Кто кинул ивановских льготников

Тысячи пенсионеров останутся без денег с соцкарт в «Кранбанке»

08.07.2020
Анна Семенова

IMG_1783.JPG
Похоже, банкротство «Кранбанка» готовит пользователям социальных карт жителя Ивановской области и родителям школьников, которые оплачивали питание в школах универсальной картой школьника, очередную неприятность.

7 июля в головной офис «Кранбанка» на Шереметевском проспекте стали приходить пенсионеры. Стояли на жаре перед дверью – внутрь их пускали по одному. Истории у них похожие: услышав, что с 6 июля возобновляются льготы на проезд по социальным картам, они пошли в пункт приема коммунальных платежей, чтобы пополнить счет карты. Там им сказали, что надо сходить в «Кранбанк», потому что у них на карте остались «зависшие» деньги. Причем у некоторых вполне ощутимые – 500 - 700 рублей. И пенсионеры пришли – аккурат для того, чтобы узнать, что эти деньги они, видимо, никогда не увидят.

Напомню историю с социальными проектами, «заведенными» еще при губернаторе Михаиле Мене в «Кранбанк». Один из таких проектов – социальная карта жителя Ивановской области, другой, менее масштабный – универсальная карта школьника. Социальными картами пользуются более 200 тысяч жителей региона, по картам школьника завтракают в школе около 12 тысяч детей (8 школ в Иванове и две в Приволжском районе).

Когда 13 декабря 2019 года Центробанк принял решение об отзыве лицензии у «Кранбанка», все средства на этих картах оказались замороженными. Перевозчики, правда, под нажимом правительства, продолжали возить льготников по картам, но, как показала практика, делали это себе в убыток – и это отдельная и очень печальная песня о том, что не нужно верить обещаниям властей.

Рассчитывать на возврат своих денег через Агентство по страхованию вкладов пользователи карт не могли, поскольку никаких договоров с банком не заключали и не считаются вкладчиками.

По нашим данным, история с «Кранбанком» была первым в России случаем, когда лицензия отзывалась у финансовой организации, участвующей в социальных проектах. В законодательстве эти нюансы предусмотрены не были. И, кстати, не предусмотрены до сих пор, более того: по слухам, никто из правительства региона даже не пытался поднять этот вопрос на федеральном уровне (буду рада, если эти слухи не верны).

Людей, чьи деньги зависли на картах, долго кормили завтраками и обещаниями – мол, вопрос решается, ждите. В конце декабря правительство области заключило договор с НКО «Расчетные решения» (учредитель -Сбербанк), и картами снова стало можно пользоваться.

Только вот какая штука: если на соцкарте еще оставались деньги, при первом же пополнении эта сумма блокировалась на счете «Кранбанка», и воспользоваться ей становилось невозможно. На пальцах ситуация выглядела так: у вас на карте 200 рублей, вы решаете положить туда еще 100. Как только оператор пополняет карту, эти 200 рублей замораживаются, а на 100 вы можете ездить.

Пенсионеры, естественно, начали возмущаться. И тогда правительство области в лице департамента развития информационного общества пошло на хитрость: объявило всем пенсионерам через СМИ и через операторов касс приема коммунальных платежей, что лучше не пополнять карту, а сначала использовать до конца те средства, которые есть.

Нюанс: формально деньги списывались с карты, но перевозчики их не получали, поскольку все операции по счетам в «Кранбанке» заморожены с 13 декабря.

Таким макаром из 52 миллионов рублей, которые зависли на социальных картах в середине декабря, к концу марта осталось около 8 миллионов. Перевозчики еще в феврале в своем письме губернатору говорили, что в декабре и январе они недосчитались 31 миллиона рублей. А ездить на деньги, зависшие в «Кранбанке», льготники продолжали и в феврале, и в марте. Более точную информацию мы надеемся получить у представителя конкурсного управляющего «Кранбанка».

Оставшиеся 8 миллионов – деньги тех самых дисциплинированных пенсионеров, которые в конце декабря и в январе решили пополнить счет социальной карты, не дожидаясь, пока на ней полностью закончатся деньги (которые, напомню, уходили непонятно куда). По закону, поскольку эти пенсионеры не являются вкладчиками, получить свои средства они могли только в качестве кредиторов третьей очереди. Но для этого надо было подать заявление о включении в реестр кредиторов (плюс справка из органов соцзащиты, что человек действительно льготник).

Сделать это надо было с 18 марта по 6 июля – в течение 100 дней с даты опубликования решения о признании «Кранбанка» банкротом (публикация была 28 марта). Вообще-то законодательство предусматривает 60 дней, но конкурсный управляющий принял решение о продлении сроков из-за пандемии.

Но по нашей информации – и судя по количеству пенсионеров, обратившихся в «Кранбанк» 7 июля – о том, что такие действия надо предпринять, знали далеко не все. Вернее, почти никто не знал – с заявлениями обратились всего около 2 тысяч человек, в том числе – родители школьников, на картах которых зависло более 4 млн рублей. Кстати, родители, в отличие от льготников, «выудить» деньги с карт не могли вообще никак.

Так вот, требования кредиторов, предъявленные после закрытия реестра (а это, напомню, 6 июля), подлежат удовлетворению в самую распоследнюю очередь – после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр. То есть, если говорить начистоту, скорее всего те, кто не попал в реестр кредиторов, могут распрощаться с деньгами.

Интересны несколько моментов. И главный из них: почему пенсионеров и родителей школьников не соизволили проинформировать о том, что им надо срочно подавать заявление о включении в реестр кредиторов?

Информация о сроках подачи этих заявлений была размещена на сайтах разных органов власти (кстати, на сайте департамента соцзащиты ее обнаружить не удалось, но на этом сайте вообще мало что можно найти без утомительного застирывания). Господа чиновники, вы действительно думаете, что пенсионеры читают ваши сайты?

Вы, уважаемые, может, считаете, что ради 300 рублей не стоит и заморачиваться? Как и ради тысячи, зависшей на карте школьника. Серьезно? При пенсии в 12 тысяч рублей или при зарплате в 18 тысяч – это деньги. Не верите – попробуйте хоть месяц прожить на такие суммы.

Дико бесит – по-другому не могу сказать – что ради, прости, господи, поправок в Конституцию обскакали все дворы, постучались в каждую квартиру, где прописан пенсионер. Что же вы с вашими разваливающимися ящиками для голосования не принесли бабушкам и дедушкам бланк заявления, не придумали, как им помочь получить вашу дурацкую справку? Ваши волонтеры разносили под телекамеры пакеты с продуктами – что же вы не поставили им задачу задать простой вопрос: не застряли ли у вас деньги на соцкарте? Не помочь ли вам заполнить и подать документы? Или эти волонтеры на такие сложные темы не обучены разговаривать? Или в списке добрых дел от ДВП такого не было?

В департаменте соцзащиты и департаменте информационного общества есть полный реестр держателей социальных карт – со всеми явками и паролями. Не думаю, что конкурсный управляющий отказал бы в предоставлении данных о ненулевых счетах – и вы могли бы помочь людям решить проблему. Но что вам до людей, когда главное – правильное голосование по поправкам и прочие отчеты? Отписали дежурные три строчки на сайт – и отлично, если что – можно сказать, что мы вас предупреждали.

Второй блок вопросов – к более высоким инстанциям. Недавно Госдума вносила поправки в федеральный закон о страховании вкладов. Что же вы не подсуетились представить свой, извините за выражение, уникальный кейс: банкротство банка, обслуживающего социальные проекты? Почему не дали возможность защитить права держателей социальных карт, наряду с НКО, эскроу-счетами и средствами дольщиков?

Я уже не говорю о перевозчиках, которые до сих пор не получили ни копейки за перевозку льготников, хотя руководство департамента дорожного хозяйства рубашки на себе рвало, обещая порешать вопрос. Понятно, что зимой, выбирая, кого оставить без денег – 200 тысяч льготников или 50 перевозчиков, правительство в качестве жертвы выбрало предпринимателей.

Но сейчас без перспектив вернуть свои деньги остаются 12 тысяч семей школьников и около 37 тысяч держателей социальных карт. 50 тысяч человек – это население небольшого города или количество избирателей, которые могут решить судьбу 10 депутатских мандатов в областном центре. А с членами их семей – и того больше.

Сейчас ваши кандидаты в депутаты пойдут по дворам агитировать людей голосовать за себя, любимых. Что они будут отвечать на вопрос о возврате денег с социальных карт? Как они в глаза людям смотреть будут?

Я не берусь сказать, кто именно кинул держателей социальных карт и карт школьника. Но то, что правительство региона даже не старалось рассказать людям о шансе вернуть деньги – медицинский факт.

Вернуться к списку новостей