Наверх
— 79,3323 ₽
— 92,6284 ₽

Флора Михайлова: «Еда объединяет»

#Щастье для бизнес-вумен

04.03.2020
Алексей Машкевич

Пять лет назад на проспекте Ленина областного центра появилась необычная вывеска, ломающая представление о русском языке (знаю, она бесит многих моих возрастных знакомых) – кафе «#Щастье». Лицом кафе стала девушка с редким именем Флора, реклама проекта буквально заполонила соцсети. В отличие от многих тогда же открывшихся в городе «едалок» «#Щастье» выжило и обросло какими-то дополнительными историями. А его владелица Флора Михайлова стала мелькать на фотоотчётах со светских и отраслевых мероприятий, и, если полистать её инстаграм, создаётся впечатление, что она претендует на звание местной светской львицы. Мы поговорили с Флорой обо всём: о счастье, о «#Щастье», о женском предпринимательстве, о её муже, о грядущем гастрономическом фестивале и даже о моей книге.


- Почему в логотипе вашего кафе грамматическая ошибка?
- Если бы было написано правильное слово, вывеску никто и никогда не заметил бы. У ресторатора, который открывается, первая и главная задача – быть увиденным, и раскрутку никто не отменял. Мы на старте добивались фокуса внимания и понимали, что традиционная реклама в телевизоре или на радио больше не работает так, как нам бы хотелось. Там не только грамматическая ошибка, а ещё и хештег в названии, который автоматом уводит людей в социальные сети, в интернет, где мы первое время быстро отрабатывали положительные и негативные отзывы – работали с аудиторией так, как пять лет назад не делал никто.

- Буква Щ в названии вызывает дикое раздражение у людей старшего поколения – вас это не смущает?
- Это очень сильно смущает, но мы живём в режиме реального времени и реагируем на его вызовы. А тем, кто беспокоится о подрастающем поколении, я скажу, что, идя с детьми мимо нашего заведения, показываю на вывеску и говорю: «Смотрите, так писать не надо». Мне кажется, люди с юмором это воспринимают и, надеюсь, мы переживём негатив.

- Вы пять лет ресторатор…
- …Больше, но этому проекту, да, пять лет. Всего в ресторанном бизнесе я пятнадцать лет.

- Что главное в ресторане: кухня и еда, сервис или что-то другое?
- Нет чего-то одного главного – всё в совокупности. Не бывает, что где-то вкусно, но грязь на полу – туда просто не пойдут. Если сервиса не будет – тоже не будут ходить. Всё важно, потому что мы все разные, каждого цепляет что-то своё: интерьер, еда, сервис, реклама, близость к дому или офису.

- В чём уникальное предложение вашего кафе?
- У нас слоган «Счастье у каждого своё», и каждый находит здесь то, что ему надо.

- Нет, это голимая реклама, а мы договорились говорить без маркетинга и прямых призывов.
- Да, я озвучила рекламный слоган. История с нашим позиционированием родилась из интерьера: я не смогла вписаться в какой-то один стиль, наверное, у меня натура такая. Каждая стена в ресторане сделана по-своему – и не из-за зонирования, а потому что «я художник – я так вижу». Плюсом смотрите как круто всё получилось: прошло уже пять лет, а о букве «Щ» в названии всё ещё говорят. А если об уникальном предложении: мы занимаем очень выгодную нишу семейного заведения. Оно не питейное, но, если кто-то захочет – выпьет бокал вина. В Dublin, например, идут пить, в «Огонёк» идут пить и есть, туда же не пойдёшь с бабушкой и детьми, а к нам – да.

- Вокруг открывается и разоряется море общепитовских проектов. Почему вы на плаву?
- Благодаря правильным рекламе и выбранной нише.

- Ваш муж – небедный предприниматель…
- Хотелось бы и мне так думать (смеётся).

- Как минимум, он производит именно такое впечатление. Проект кафе – это его подарок или ваш собственный бизнес-проект?
- Это наш с ним совместный проект, а не подарок мне – хотя я об этом в соцсетях уже не раз читала (улыбается).

- В чём совместность: муж вложился, а жена рулит?
- Как бы это банально ни звучало – мы команда. Он отвечает за цифры, я человек творческий, на мне смыслы.

- А наёмный директор рулит кухней?
- За кухню отвечает шеф-повар, а наёмный директор за сервис и всё остальное.


- Муж участвует в ежедневном управлении проектом?
- Нет, он мониторит общую ситуацию – вместе со мной.

- Откуда брали инвестиции в проект?
- Это были заёмные средства.

- У вас на старте был бизнес-план?
- Какого-то конкретного плана на бумаге не было.

- Ух ты! А в чём же роль мужа, который «отвечает за цифры»?
- Он занимался этим в текущем режиме. На момент открытия «#Щастья» мы закрыли заведение в «Евроленде» – оно было немного другого формата, это была больше кофейня. Мы там работали три года, и нас постоянно спрашивали, что мы там, такие классные, делаем, и советовали срочно оттуда переезжать в отдельное помещение – «Евроленд» очень сомнительное место. Поэтому мы изначально понимали, от чего отталкиваться, куда идти, понимали цифры – бумажного бизнес-плана не требовалось.

- Ваше «#Щастье» окупилось?
- Конечно.

- Быстро?
- За год.

- Не верю.
- Мне никто не верит, но да – год.

- Одно время вы активно рекламировали собственное SMM-агентство, а теперь ни на одной вашей страничке нём упоминания о нет. Прошла мода, проект не пошёл, поняли, что это не ваше?
- Поняла, что не моё. У меня был партнёр, предложивший открыть SMM-направление потому что я человек публичный и в этом разбираюсь. Через полгода поняла – проект «не мой», не откликается, не закрывает важных мне ценностей.

- Получился fuck up или разбежались без претензий?
- Я учёный человек и, входя в партнёрство, думаю, как буду из него выходить. Убытков в том проекте я не понесла.

- Есть такое понятие, которое меня слегка напрягает: женское предпринимательство. А вы, судя по вашим соцсетям, активная участница этого процесса. В чём разница между женским предпринимательством и просто бизнесом?
- Нет никакой разницы, а сам термин меня немного огорчает.

- Вы осознанно участвуете в процессе, но вас это слегка огорчает – в этом нет диссонанса?
- Что значит участвую? В те же конкурсы – в «Королевы бизнеса», например – я иду за рекламой и саморазвитием, тут дело не в женском предпринимательстве и не в том, что я девочка и мне надо держаться вместе с другими девочками.

- Мне кажется или в последние годы произошёл всплеск женского движения? Обеспеченным дамочкам стало скучно или есть какие-то чисто женские проблемы, не решаемые в общем социальном и бизнес-контексте?
- Резануло слух словосочетание «обеспеченные дамочки» – это в заработке примерно от скольки?


- Давайте без цифр. Скорее, это девушка на хорошей машине, позволяющая себе в середине дня три часа просидеть в парикмахерской, плюс всякие ногти-шмогти, три-четыре раза в году на море.
- Я таких не знаю.

- Мы договаривались говорить правду.
- В моём окружении нет дамочек, которых вы описали. У кого-то есть машина, у кого-то бизнес, у кого-то ни того, ни другого, но они очень активны и хотят что-то делать. И все поголовно впахивают, как кони – это сто процентов. И никто не может себе позволить в течение трёх часов сидеть в парикмахерской. От этого женщине не уйти, конечно, и нужны и ногти, и волосы, и всё остальное – но если я в будний день попадаю в салон, то не сижу там просто так, а что-то делаю в телефоне – я на связи, занимаюсь проектами.

- Вы, женщина-предприниматель, испытываете какую-либо дискриминацию по сравнению с мужчинами, занимающимися бизнесом?
- Да – меня не воспринимают всерьёз. Конечно, это редкие истории, но они всегда очень выбивают из колеи.

- И это в Иванове, где есть такие женщины предприниматели, как Лариса Пименова или Наталья Кирюшкина, которые всех мужиков могут научить бизнесом заниматься? Почему это происходит?
- Почему в вашей книге нет интервью с женщинами?

- Есть.
- Не столько, сколько с мужчинами.

- Я написал книгу о местной политике, там немного женщин. Самая яркая есть – Наталья Ковалёва, плюс Маргарита Разина, она в специфическом бизнесе рядом с политикой. С кем ещё из женщин вы посоветовали бы мне сделать интервью в книгу?
- Я далека от политики, но женщины наверняка существуют – и в политике, и в бизнесе, и вообще…

- И слава Богу.
- Просто ваша книга не самый яркий, но всё равно показатель того, как относятся к женщинам.

- Люба Калмыкова меня спрашивала, когда выйдет вторая книга – с женщинами.
- У меня тоже сразу возникла эта идея.

- Может, вам с Любой и сделать тогда? А я с удовольствием почитаю.
- (Смеётся) Я точно не писатель. И почему к женщинам бывает подобное отношение, я не знаю.

- Вы купили франшизу гастрономического фестиваля «О, да! Еда!». Это развлечение, бизнес или социальная ответственность перед родным городом, появившаяся после того, как молодой и харизматичный мэр Шарыпов собрал рестораторов, что-то предложил, зажёг, куда-то позвал?
- Это в первую очередь бизнес-проект, а во вторую – социальная ответственность. А что касается «молодой и харизматичный собрал и предложил», то немного неправильно. Это я предложила, а в ответ пошла поддержка. В прошлом году в журнале «Власть» я сказала, что хочу сделать гастрономический фестиваль для города. Еда это то, что объединяет людей, – эта философия не даёт мне покоя. А в Иванове ничего такого масштабного нет, были и есть только какие-то маленькие истории, хотя некоторые и называют себя фестивалями. Они выработали определённый стереотип, который мы теперь пытаемся разрушить.

Вернуться к списку новостей