Наверх
— 77,7780 ₽
— 91,5603 ₽

Илья Журавлев: Действуй локально, мысли глобально. Часть 1

04.05.2012
Максим Сергеев

После декабрьских выборов в Госдуму Москва впервые за долгие годы оказалась центром народного протеста. Многотысячные митинги собирали всех тех, кто по тем или иным причинам остался недоволен исходом выборов: здесь были и наблюдатели, которых выкидывали с участков, рисуя протоколы по «нужным» результатам, простые москвичи, которые не верили в официальный результат «партии власти». Также было большое количество либеральных вождей, которые заполонили практически все медийное пространство, в т.ч. и почти весь политический рунет.
Сложилось впечатление, что протестом в нынешней России руководить и направлять будут исключительно либералы. Но это вовсе не так. Во многих городах за МКАДом протест возглавили молодые левые активисты, которые борются за права и свободы граждан уже не один год. Вполне естественно, что лидерами народного протеста стали именно они. Корреспондент сайта «Коммунисты Столицы» обратился к одному из таких политических активистов: координатору ивановского отделения «Левого Фронта», члену КПРФ Илье Журавлеву, который является одним из самых известных оппозиционеров на родине первого Совета.
Предлагаем вашему вниманию первую часть интервью.

Комстол: Илья, здравствуй! Расскажи немного о себе. Ты коренной ивановец?
И. Журавлёв: Привет. Да, я коренной ивановец, родился в 1988 году. Окончил Ивановский государственный университет, по специальности «учитель физики». Успел немного поработать по специальности, но был досрочно из школы выдавлен, по политическим мотивам.

Комстол: Что послужило причиной увольнения?
И. Журавлёв: Причиной послужило мое активное участие и организация митинга 10 декабря 2011 года. Моя преподавательская карьера оборвалась…

Комстол: Работу удалось найти?
И. Журавлёв: Да, занимаюсь репетиторством, готовлю ребят-школьников к экзаменам по физике и информатике.

Комстол: Когда ты пришёл в политику, в левое движение? А вообще в политику, в левое движение когда пришел?
И. Журавлёв: О, это было в далеком 2003 году. Это долгая история, могу рассказать несколько подробнее.

Комстол: Давай, это, безусловно, интересно.
И. Журавлёв: Интерес ко всей политике у меня возник после просмотра документального фильма о событиях 1993 года. О расстреле Дома Советов. Я заинтересовался, начал читать, искать в интернете различные книги, чтобы узнать альтернативную точку зрения. Мне было, мягко говоря, обидно, стыдно, за нашу страну, когда я видел кадры происходящего тогда.
Вторым поводом для меня стала волна протеста против закона о «монетизации» льгот в 2004 году и громкие акции национал-большевиков. Первоначально именно они привлекли меня сильнее всего, своей резкостью, радикализмом, в хорошем смысле этого слова, он был основным стимулом в деятельности. Жесткое, четкое выражение протеста стало для меня символом самопожертвования. Однако, НБП меня оттолкнуло своей тогдашней поддержкой оранжевой революции на Украине, поэтому я обратил свое внимание на Авангард красной молодежи (АКМ), который был в то время одной из самых активных организаций.

Комстол: Да-да, я как раз помню, что в те времена о действиях молодых левых узнавал от АКМ.
И. Журавлёв: Вот. Оказалось, что местное отделение АКМ в Иваново уже есть и в 2005 году я начал с ними активно сотрудничать. А с 2004 года я ходил на демонстрации КПРФ и уже тогда вынашивал идею об объединении всех молодежных левых организаций, хотя бы на нашем, местном уровне. Такая коалиция своего рода: АКМ, СКМ и НБП. Тогда я считал, что объединение, хотя бы на уровне координации просто жизненно необходимо. Я практически одновременно вступил в СКМ и АКМ, чтобы на своем примере показывать, что объединение возможно. Но, к сожалению, многое из задуманного реализовать не удавалось., Во многом мешали некоторые личные амбиции руководителей организаций.

Комстол: Какие-то акции тогда проводили?
И. Журавлёв: Да, одной из самых запоминающихся акций стало пикетирование Кинешемской городской Думы (Кинешма — второй по величине город в Ивановской области, примеч.ред.). Туда приехали члены НБП, отделение АКМ и тихо-мирно пикетировали здание Гордумы. То есть стояли с плакатами, ничего не кричали, все было спокойно. Но полиции так не показалось, и она начала задержания. Они взяли нас в кольцо, и препроводили в здание УВД, которое находилось буквально по соседству. Там у нас переписали паспортные данные, сфотографировали, взяли отпечатки пальцев, опросили — в общей сложности держали нас там больше 2-х часов и отпустили без составления протоколов об АПН. Нас отпустили, и мы благополучно вернулись в Иваново. Но ничего не закончилось. Активистов стали вызывать в УБОП, который тогда еще существовал. Вызывали на беседу, чтобы прощупать людей, проверить на стойкость и выяснить убеждения ребят.

Комстол: О чём именно вас спрашивали?
И. Журавлёв: Запомнился вопрос про отношение к Сталину. А так спрашивали, не боимся ли мы, что выгонят с учебы, как относятся родители к оппозиционной деятельности, то есть сначала запугивали, а потом склоняли к сотрудничеству. Классическая схема.

Комстол: Добрый и злой полицейский?
И. Журавлёв: Да-да, именно так. Вообще я считаю 2007 год основным этапом такой своеобразной оппозиционной закалки. Например, при подготовке к первомайскому шествию с нами произошел такой случай: мы шли около площади Революции (самый центр Иваново — прим.ред.), где в тот момент проходил пикет движения Наши. За нами увязался молодой человек, который постоянно куда-то звонил. Мы зашли в государственное учреждение, где люди оформляли субсидии, думали там отсидеться. Но не получилось. Через несколько минут зашел сначала один сотрудник УБОП, который пояснил нам, что мы похожи на подозреваемых по делу о краже мобильного телефона. Ну, предлог нашли, чтобы нас забрать. Вдруг неожиданно в здание ворвались еще двое сотрудников УБОП, которые приказали нам встать, поднять руки за голову и в грубой форме вывели на улицу. Посадили в автомобили, на которых не было никаких опознавательных знаков, это были абсолютно гражданские авто. Привезли в УБОП. Угрозы, силовое воздействие. Все это тогда имело место. Всего мы находились там около 6-ти часов. Некоторое время мы провели в коридоре, стоя лицом к стене с поднятыми руками.

Комстол: Жесткий прессинг…
И. Журавлёв: Да уж. Потом нас направили во Фрунзенское РОВД, но там нам повезло, дежурный оказался человеком левых взглядов и с нами обращались достойно. Через часа два нас выпустили. Все это было менее пяти лет назад.

Комстол: Были ли ещё подобные «взаимоотношения» с полицией?
И. Журавлёв: Да, конечно. Тогда эстонские власти только-только перенесли памятник советским воинам с законного места, и мы хотели выразить свое отношение к эстонским властям, каким-то образом испортив флаг Эстонии во время традиционного шествия на 9 мая, в котором принимают участие ветераны, городские власти, коммунисты, простые жители города. Однако подойти к месту митинга мы не успели – сотрудники УБОП забрали нас оттуда заранее. Начали допрос с пристрастием, нашли этот самый флаг Эстонии, потом решили везти в УБОП. Однако, оттуда нас отпустили раньше обычного, потому как почти все сотрудники были заняты оформлением массово задержанных в тот день националистов и им банально было не до нас.
Это второй факт. И третий, самый жесткий прессинг ивановского отделения АКМ состоялся перед демонстрацией 7ого ноября. Дело в том, что тогда, в 2007 году, власти активно раскручивали антиоранжистскую истерию. Пугали народ «Маршами несогласных» и всем таким прочим. И местные прокремлевские движения решили устроить ряд провокаций: по всему городу были расклеены афиши, распространены листовки, которые призывали присоединиться к «Маршу несогласных», который должен пройти в Иваново. В качестве организаторов были вписаны те структуры, представительств которых в Иваново никогда не было: Другая Россия, ОГФ и т.д. Естественно это привлекло повышенное внимание силовых структур. Далее, были наняты два автобуса с лицами без определенного места жительства, которые должны были внедриться в колонну и показательно выступить перед камерами собравшихся телевизионщиков. Так же были попытки спровоцировать драку с левой молодежью. Но в итоге ни то, ни другое у них не вышло. Кроме того, они планировали сожжение чучела Путина, представляешь, что бы это повлекло? Но этого сделать им не позволили. По итогам шествия было задержано трое активистов, в т.ч.и я.

Комстол: И чем все закончилось?
И. Журавлёв: Нас доставили в УБОП, где к нам было применено физическое воздействие. Но наши товарищи не теряли времени даром и собрали у стен УБОПа своеобразный митинг, требуя нашего освобождения. Двоих ребят отпустили сразу, меня выпустили позднее. Тех, кто был у стен УБОПа, не разогнали, не задержали, все закончилось хорошо. Вспоминая сейчас те года, могу сказать, что тогда было время самого жесткого сопротивления. Сейчас наметился определенный спад в этом направлении, по крайней мере, на нашем, местном ивановском уровне. Никаких избиений, никаких угроз. Не знаю, что будет после инаугурации, но ситуация пока мягче, чем была.

продолжение следует

Вернуться к списку новостей