Последние
новости

Лия Ахеджакова: Государство знает, кого можно купить и кто купится

11 мин
17 ноября, 2011
Власть перед выборами кинет кость, а после выборов просто кинет

Вместо того чтобы проявлять гражданскую позицию, мы привыкли кричать, что всех переплюнем и забросаем шапками. И теперь в России почти не осталось людей, готовых послать откровенно хамящую власть.

Наша власть знает, кого можно купить и кто купится. Приближаются выборы, и всем кинут по куску. Кинут пенсионерам, кинут ветеранам. Или не кинут, а только пообещают. И пообещают так красиво и убедительно, что много раз обманутый народ опять поверит. Большинство наших сограждан не слушают «Свободу» или «Эхо Москвы», не читают The New Times и «Новую газету». Они смотрят телевизор и привыкли глотать все, что вещает им Первый канал.

— В сентябре произошло ожидаемое и прогнозируемое событие: члены тандема расписали историю России на 12 лет вперед. Уже ясно, что в это время не будет ни свободных выборов, ни широких амнистий. Что в этой ситуации может сделать наша интеллектуальная элита, наша творческая интеллигенция? Как сделать так, чтобы огонь гражданского духа продолжал гореть все эти годы?
— Понимаете, говорить, что наша элита... Элита-то вся в «Единую Россию» поперла. Например, шоу-бизнес. И потом, этот «Народный фронт»… С кем-то воевать они, видно, хотят. Фронт есть фронт. Видимо, они с нами будут воевать.
А есть другие люди, такие как Юра Шевчук, Артемий Троицкий. Сейчас Макаревич повел себя очень определенно. Очень определенно и ясно выразил свою позицию. Очень ясно выражают свою позицию Дима Быков и Миша Ефремов. Они колоссальное дело делают, надо сказать. Быков, видимо, в чем прав с этой позицией или поведением «наХ-наХ»? Этот очень жестокий и мощный юмор, который привнесли Быков и Ефремов, работает гораздо сильнее, чем любые «марши несогласных». Еще и потому, что сейчас такое огромное информационное поле. Благодаря Интернету, мобильным телефонам, всей этой системе информации, которая приобретает какой-то совершенно невероятный масштаб, совершились все восточные революции.
Это великое дело. Думаю, что оно очень нас выручит. И можно по крайней мере найти единомышленников. Но я не верю в миллионы. Миллионы не пользуются Интернетом. Миллионы смотрят Первый канал. Надо посмотреть картину Звягинцева «Елена». Миллионы — это семья Елены. Они смотрят рекламу, «Как готовить», желтую прессу, программу «Максимум» и так далее. То, что смотрят миллионы, то, что они слушают и чего они не читают, — это огромная проблема. Ведь посмотрите: в этом знаменательном поединке Сванидзе и Кургиняна перевес в десятки раз у этого демагога (вы понимаете, о ком я говорю). Сумасшедшего демагога! Невооруженным глазом видно, что этого человека надо серьезно лечить, очень сильными лекарствами. А он в это время формирует мнение, по-видимому, трех четвертей населения России!
Вот что происходит. И сколько бы ни выступали и Ройзман, и доктор Лиза, и защитники Химкинского леса, и Бекетов, который за свой лес практически отдал жизнь, остался инвалидом, — нет Химкинского леса. Кто ездит в Шереметьево, видел, как на другой день выкорчевывали — людей сбивали, а все равно выкорчевывали. Сколько люди Козихинский переулок защищали! Повалили все. Анна Политковская убита, Эстемирова убита, Щекочихин убит. Этот список можно продолжать бесконечно.
Есть Навальный. Счастье, что такие люди появляются. Но он один. Есть умные, замечательные экономисты, есть политолог… (простите, выскочило имя, но у нас их много, между прочим). У нас много интересных людей (во всяком случае, немало), которые могли бы создать правительство, на которое можно положиться, которому можно доверять и помогать. Но они не допущены к власти. Я не знаю, что можно сделать. Убивают и убирают наиболее сильных.
Недавно мы праздновали день рождения Кадырова — вся страна, вся Россия. Причем за большие, несметные деньги. День рождения Кадырова! Путинский день рождения не встанет так налогоплательщикам, как день рождения Кадырова. …Костью в горле.
И скольких еще убирать будут. Когда я узнаю, что какой-то журналист провел очень мощное расследование, я уже начинаю отслеживать, убили или не убили. Когда убьют? Когда я слушаю по «Эху Москвы» некоторых журналистов, я жду, будет следующий раз или не будет. Или его уже нет в живых? Когда я узнаю, что есть какой-то замечательный мэр, который на вверенном ему небольшом пространстве великолепно работает, я все время жду, что его уберут под каким-то предлогом. Я автомобилист. И «Синие ведерки» меня просто восхищают. Людям не жаль своего времени, и они объединились, чтобы убрать этих холуев с вертушками. И они таки своего добились. Вы посмотрите, какая это была стена, но они ее пробили! Я восхищаюсь.
Но я очень опасаюсь за жизнь тех людей, которые защищают от неразумной власти свой дом. Свою, пусть это громко сказано, родину. Себя лично. Свою семью. Своих детей. Свой лес. Свою дорогу. Свою улицу. Дом, который построили в XVIII веке. Какая-то тварь купила, продала, получила, наварила, деньги перевела в офшоры и живет в полном порядке в Лондоне, а тут земля провалилась — и улицы нет. Ну где взять надежду, где? В этих людях. Эти люди меня греют. Но у них очень маленький рейтинг.

— То есть вы считаете, что с миллионами работать бесполезно? А может, попытаться старыми добрыми способами нести правду людям?
— Сейчас будут выборы, и всем кинут по куску. Наша власть знает, кого можно купить и кто купится. Потому что беднейшего населения прорва. Вот отъехать — и увидишь все. А я много езжу — до Комсомольска-на-Амуре и обратно. По куску всем подкинут. Дадут пенсионерам, чего-нибудь дадут ветеранам — или пообещают. И пообещают так красиво и убедительно, что много раз обманутый ветеран опять поверит. Он не слушает «Свободу», он не слушает «Эхо Москвы», он не читает The New Times и «Новую газету». Он смотрит телевизор, и Первый канал очень много ему обещает. Раз повелся, два повелся, три повелся, четыре повелся. Но каждый раз чего-нибудь да кинут. То бутылку водки, то добавку к пенсии маленькую, рублей 30, то еще чего-нибудь. Я не знаю, чем они с ними расплачиваются.
Моему папе на днях принесли полпенсии. Если бы его дочка не была Ахеджаковой, он бы так и получил ровно половину. Пошла по следам. Принесли остальное. Я не знаю, каким еще пенсионерам носят полпенсии. Папа слепой. Поэтому он бы так и мучился. Почему половину?

— Среди интеллигенции есть точка зрения, что нам не повезло с народом. Пассивность вековая. Миллионы молчат. Хавают подачки, грубо говоря. А на самом деле виноват ли народ, что он сейчас такой?
— Я много езжу и вижу много чудных людей. И у меня всегда была такая нежность к людям, которых я встречаю, но иногда и жалость, а иногда и бешенство. Но когда я увидела, что стряслось с Японией и как мужественно, как сдержанно, не кликушествуя, не паникуя, приняли и пережили это горе японцы, я поняла, что есть другие народы, на которых мне лично стоит посмотреть и поучиться. Я думаю, что это уникальный, потрясающий народ. Их трясет и трясет, «Фукусима» воняет и воняет, и это ужас. Но я вижу их лица. Они разговаривают, дают интервью. Простые люди на улице. И начальники.
И еще скажу вам одну вещь. В тот день, когда в Норвегии этот мерзавец расстрелял молодежь на острове, я оказалась в городе Бергене. Мы с мужем там были. Я стою наверху и вижу: народ. Дождь, и люди идут с колясками, со свечками, с цветами и зонтами. Вся площадь и уходящая улица были забиты свечами. Это было шествие по всей Норвегии. Со свечами, цветами и письмами, на которых многие рисовали сердце. Маленькие дети под проливным дождем несли свои розы. Это еще не все. Потом мы приехали в Осло. За несколько дней цветы увяли. Но весь город был покрыт увядшими цветами.
Русский мальчик из Питера (он учится в университете и подрабатывает швейцаром в «Гранд-отеле», где живут нобелевские лауреаты перед вручением премии) рассказал нам про этот день. Весь город, а там десятки или даже сотни тысяч жителей, пошел к дворцу короля. Работающим в «Гранд-отеле» хозяин купил 100 тыс. белых роз и велел идти вместе со всеми. И мы, говорит он, раздавали людям белые розы. И все шли к дворцу. Вышел принц и произнес маленькую речь. Вы посмотрите: один человек, и сколько же ненависти он мог вылить на нас! А посмотрите, как нас много. И сколько любви мы можем дать. Никогда в России я не услышу от нашей власти такую мудрую и короткую речь. Согласитесь.

— Получается, что наш народ должен посмотреть вокруг себя и поучиться у других стойкости и мужеству? Потому что в действительности мы все высокомерны. Хотя считается, что русский — это такой рубаха-парень с гармошкой и медведем, на самом деле мы всегда считали, что мы лучше всех.
— Мы все время пели и кричали: переплюнем, забросаем шапками! У нас это была основная тема. В России чуть что, то это ЦРУ или Березовский. Варварство. Такая глупость. Я не знаю, что делать. Я знаю, что делать мне. Вести себя честно и порядочно. Не лгать, не врать ни зрителям, ни тем, кто рядом.
Но, слава Богу, я в той среде, где все думают так же, как я. Мы можем поспорить, идти или не идти на выборы. И среда моя очень большая. И мы все в ужасе от того, что происходит и что произошло. Как говорится в одной рекламе: случилось страшное.
Мне кажется, это клоунада. Как так можно? Это непристойно, неблагородно, неаристократично. Подержи мое место, я сейчас приду. Так, теперь садись на мой стул. Все, я сажусь. Это неаристократично. Ноль благородства. И вообще, это клоунада. Старик, подержи мое место, я сейчас приду. Все, пришел. Ну куда это годится?! И где те люди, а их миллионы в России, которые скажут «наХ-наХ» на такое хамство?
http://m.specletter.com/obcshestvo/2011-11-17/3/vlast-pered-vyborami-kinet-kost-a-posle-vyborov-prosto-kinet.html#video
Чтобы увеличить, нажмите на фотографию
25 ноября 2020
Все новости