Наверх

Отголоски дела Привезенцева - Школова

15.08.2011
Между жалобой и доносом различий не найдено. Обращать внимание президента на серьезные проблемы может быть опасно

Савелий Вежин

В отношении конституционно-правового института обращений граждан к президенту РФ может быть создан опасный прецедент. В мае этого года Никулинский районный суд Москвы квалифицировал обращение Максима Привезенцева к главе России как «заведомо ложный донос», приговорив заявителя к штрафу в 150 тыс. руб. При этом обращение было сугубо конфиденциальным, через приемную президента: достоянием общественности это дело стало лишь после оглашения приговора. Как сообщили СМИ, бывший топ-менеджер компании Mirax Group Максим Привезенцев обратился к Дмитрию Медведеву по поводу странной активности ныне уже бывшего замминистра МВД Евгения Школова в ТСЖ элитного жилого комплекса «Золотые ключи-2». Впрочем, сама суть обращения – далеко не главное в этом деле. О том, как это судебное решение может повлиять на дальнейшее развитие демократических институтов в России, корреспондент «НГ» Савелий ВЕЖИН побеседовал с адвокатом, президентом Федерального союза адвокатов России Алексеем ГАЛОГАНОВЫМ, представляющим интересы Максима Привезенцева.

– Алексей Павлович, поясните, пожалуйста, как получилось, что человек, обратившийся к президенту с просьбой разобраться в сложной ситуации, в итоге сам стал главным фигурантом уголовного дела. Причем именно потому, что выступил с этим обращением?
– Все началось с того, что вокруг контроля над управлением ТСЖ «Золотые ключи-2», которое до 2008 года возглавлял мой подзащитный, разгорелась борьба. Как он сам указал в своем обращении к президенту Дмитрию Медведеву, речь шла о том, что высокопоставленные сотрудники МВД, в частности замминистра Евгений Школов (ныне он снят с должности. – «НГ»), пытались вмешаться в работу предприятия. В результате Максим Привезенцев был вынужден покинуть пост руководителя ТСЖ. Но поскольку действия сотрудников МВД вызывали много вопросов, он обратился к президенту РФ с просьбой разобраться в сложившейся ситуации. Там была просьба оградить его и жильцов дома от возможного незаконного вмешательства замминистра внутренних дел, который тоже жил в этом комплексе. В своем заявлении он просил организовать проверку возможных фактов злоупотреблений в целях реализации законных прав жителей комплекса. Просил передать дела в контролирующие органы, не зависящие от влияния МВД, а также взять это дело на контроль в Генпрокуратуре. Все, больше ничего.

– Но ведь сам факт обращения к президенту не может являться поводом для возбуждения уголовного дела…
– Моему подзащитному было предъявлено обвинение по двум статьям УК РФ: по статье 165 его, как бывшего главу ТСЖ, обвиняли в хищении электроэнергии и по статье 306 – заведомо ложный донос. Но никаких хищений доказано не было, и по 165-й статье он был оправдан.

– Грубо говоря, итогом проверки, о которой просил ваш подзащитный, стало уголовное дело и его преследование?
– Генеральная прокуратура произвела проверку, и в результате этой проверки почему-то получилось так, что от замминистра Евгения Школова приняли заявление о возбуждении уголовного дела. Собственно, практически больше никаких доказательств в деле и нет. В приговоре указано, что показания Привезенцева опровергаются показаниями потерпевшего (Школова. – «НГ»), это основное. Второе – идут показания работников милиции, подчиненных Школова, где они говорят, что никто на них не давил и они сами завели дело, и в конце показания Татьяны Зиновкиной, сменившей Привезенцева в руководстве ТСЖ. Все, больше ничего абсолютно нет.

– Получается, что суд фактически встал на защиту одной из сторон только на основании письменного заявления?
– Я прошел путь от адвоката до президента Федерального союза адвокатов, и за 32 года своей практики я не встречал такого, чтобы по письму, жалобе возбуждали дело против самого же заявителя. Кроме того, я никогда не встречал дела по 306-й статье, где бы человек ранее не предупреждался определенным образом о заведомо ложном доносе. Я очень внимательно просмотрел всю практику по этой статье. Да, такие дела возбуждали, но там хотя бы была соблюдена процедура. Человека действительно предупреждают, в правоохранительных органах есть специальная формулировка. Если заявитель пишет, что просит привлечь к уголовной ответственности кого-то, проходит проверка, идет следствие. А здесь же практически следствия не было, были просто проверочные материалы в прокуратуре. Не говоря уже о том, что в нашем же случае речь идет об обращении к президенту, а не о заявлении в правоохранительные органы с просьбой возбудить уголовное дело.

– Как вы считаете, если кассационная инстанция оставит обвинительный приговор в силе, может ли решение по этому делу иметь негативные последствия на сам институт обращений к президенту?
– Ни в коем случае не предопределяя решение кассационной инстанции, могу сказать, что помимо судьбы самого Привезенцева я вижу два аспекта этого дела. В какой-то степени это, безусловно, дискредитация института обращений, потому что получается, что я пожаловался, а на меня завели уголовное дело. А почему я не могу пожаловаться гаранту Конституции? Сейчас все активно говорят: обращайтесь, докладывайте, жалуйтесь, пишите президенту. А получается, что люди, прежде чем жаловаться, еще сто раз подумают, а не привлекут ли их потом к уголовной ответственности.
И второе – может быть, вообще стоит подумать над тем, чтобы изъять эту статью из Уголовного кодекса, перевести это в гражданско-правовые отношения. Само слово «донос» напоминает времена Павлика Морозова, когда доносили на своих родных и близких. Очень «скользкая» статья, и негативные ее последствия очень хорошо видны на этом конкретном примере. Стоит подумать, соответствует ли вообще эта статья нашим экономическим и политическим отношениям, жизни современного общества.

– Кстати, ведь не только общественная приемная президента, но и многие контролирующие органы нередко начинают проверки именно по обращениям граждан. Тот же Роспотребнадзор или Федеральная антимонопольная служба. Некоторые антимонопольные разбирательства и вовсе могут быть заведены исключительно при наличии обращений от граждан. А если обращения квалифицируются как донос...
– Совершенно верно! И я не исключаю, что мы, адвокаты, вопрос об изъятии статьи о «заведомо ложном доносе» вынесем на научно-косультативный совет нашей палаты. Надо подумать с «цивилистами», найдется ли место этой статье даже в гражданско-правовых отношениях. Ведь у нас сейчас есть механизмы защитить себя цивилизованно. Есть защита чести, достоинства и деловой репутации, в советском праве этого не было. Кстати, в гражданско-правовые отношения из УК РФ сейчас переводят статьи за клевету и оскорбление. Зачем нам «засорять» Уголовный кодекс вот этим ложным доносом. Я думаю, что эту статью во избежание казусов надо убирать из УК РФ – «дело Максима Привезенцева» это наглядно показало.

Вернуться к списку новостей