Наверх

Революция в охране памятников

Вернее, в неохране

15.01.2018
Анна Семёнова
Фото: Варвара Гертье

IMG_9234.jpg
Похоже, в истории с домом-«пулей» наметился новый поворот. Причем очень изящный, со всеми пирогами, блинами и реверансами в сторону инвесторов, прав предпринимателей и прочими терминами, которыми так любят засорять речь и мозг наши чиновники.

Начну издалека. Как известно, одна из серьезных проблем, с которыми приходится сталкиваться и общественным активистам, озабоченным судьбой объектов культурного наследия (ОКН), и собственникам этих самых ОКН, – высокая стоимость реставрационных работ. Особенно несоразмерной она кажется, когда речь идет, например, об объектах, построенных в ХХ веке. И в дореволюционных купеческих домах-лавках, и в объектах эпохи конструктивизма не применялись какие-то супер-пупер-материалы и технологии. Но расходы на реставрацию таких объектов в любом случае будут крайне высоки и по федеральному закону об охране памятников эти расходы в любом случае лежат на собственнике. В общем, если владеешь зданием-памятником – будь готов тратить на простейший ремонт несуразно большие деньги.

Из этой ситуации есть несколько выходов, но региональный комитет по ОКН решил пойти своим путем – почти революционным. Чиновники, главная функция которых заключается в обеспечении сохранности памятников истории и культуры, решили поставить не наследие, а бизнес.

Формально руководство комитета по ОКН исходит из интересов собственников объектов, которые еще только могут быть включены в перечень так называемых выявленных объектов. По нашей информации, незадолго до Нового года на заседании общественного совета при комитете по ОКН руководство этого комитета заявило, что «процедура включения объектов недвижимости в перечень выявленных объектов культурного наследия только на основании актуальности и достоверности сведений (имеются в виду сведения об исторической или культурной ценности объекта – прим. авт.), представленных физическими и юридическими лицами, не связанными с вопросами содержания и использования данных объектов, представляется некорректной, так как переводит собственников или иных законных владельцев объектов недвижимости без учета их мнения в статус недобросовестных собственников выявленных объектов культурного наследия».

«Существует множество примеров, – продолжили чиновники от культурного наследия, – когда потенциальные инвесторы отказываются от приобретения «проблемных» объектов культурного наследия, когда сталкиваются с необходимостью нести дополнительные расходы, связанные с обременением права собственности. К таким объектам относятся многие усадебные комплексы, здания бывших промышленных предприятий Ивановской области, находящиеся на периферии объекты религиозного назначения».

Исправлять ситуацию комитет по охране ОКН предлагает, применяя дополнительные критерии при отборе объектов для включения в перечень выявленных ОКН. Во-первых, объект должен быть в удовлетворительном техническом состоянии. Во-вторых, надо учитывать мнение собственников объекта. А в-третьих, если когда-либо ранее было принято решение об отказе включить объект в перечень выявленных ОКН, запретить повторно подавать заявление на выявление. Потому что повторные запросы дискредитируют экспертов и заставляют сотрудников комитета по ОКН дополнительно работать.

И вот тут-то общественность, которой не безразлична судьба культурного наследия в регионе, зачесала голову.

Очевидно, что у нас не так уж много объектов, которые надо выявлять. Скажем честно: у нас с перебором выявленных ОКН, потому что в советские времена в выявленные и даже в получившие статус ОКН включали массу объектов, имеющих отношение лишь к революционному прошлому нашей губернии. Например, особняк на ул. Пушкина, 9, где сейчас располагается правительство Ивановской области, «записали» в памятники не из-за паркета и лепнины, а из-за того, что в нем в 1918-1921 гг. располагался Иваново-Вознесенский губком РКП(б), где работали Фрунзе, Фурманов и Варенцова. Есть объекты культурного наследия, которые ничего особенного из себя не представляют, и в лучшем случае могли бы стать частью достопримечательного места. Но на беду собственников этих объектов, там когда-то заседали какие-нибудь подпольщики – и всё, сохраняй дом на века.

В общем, похоже, что все эти аргументы в комитете по ОКН развели с одной-единственной целью: снять навсегда вопрос о статусе дома-«пули». Напомню, что в 2014 году на основании позорного (это, в том числе, мнение авторитетных экспертов) акта историко-культурной экспертизы, написанного тогда еще экспертом Александром Снитко по заказу регионального УМВД. У Снитко тогда еще не была снята судимость за взятки в сельхозакадемии, и шел условный срок. А уникальное конструктивистское здание не получило статус объекта культурного наследия и было лишь включено в состав достопримечательного места. А когда позже активисты из «АрхДозора» предоставили акт экспертизы эксперта Галины Щеболевой (автора «Свода памятников архитектуры Ивановской области», кстати), чиновники отказали сначала по формальным основаниям, а позже – на основании мнения специальной комиссии, в которую входили 6 человек, двое из которых – сотрудники УМВД, а еще трое – чиновники. Понятно, что полицейские чины не будут ронять себе «пулю» на ногу и при любых экспертных заключениях они бы голосовали против выявления этого здания как объекта культурного наследия.

Так же и предложение о техническом состоянии объекта. Сколько усадеб в России восстанавливали из руин? Про Миловку не раз уже упоминали, и это один из самых попсовых примеров. Вместо того чтобы пробивать варианты оказания государством или благотворительными фондами помощи собственникам, местные «охранители» предлагают (вопреки федеральному законодательству, кстати) просто не считать памятником то, от чего осталось немного. Если доводить ситуацию до абсурда, то Парфенон по таким критериям можно не считать объектом культурного наследия – руины же. Неудовлетворительное техническое состояние.

Похоже, следующим шагом председателя комитета по госохране ОКН Анны Рожковой (достойной воспитанницы Ольги Хасбулатовой) будет упрощение процедуры вывода объектов из реестра ОКН. Об этом она уже заявляла пару лет назад, но, видимо, руки не доходили продавить нормативные документы через Минкульт. И действительно, пора уже заканчивать с этими бюрократическими барьерами в виде предмета охраны. Зачем инвесторов отпугивать? Пусть лепнина будет пластиковая, как в храме Христа Спасителя – никто же от этого не умирает, правда? Да и паркет нарисовать можно.

Так что ждите, господа ценители наследия – в этом году у нас, похоже, будет «культурная революция».
Войти на сайт или авторизоваться через соц сети


Вернуться к списку новостей