Наверх

Dura lex на всю голову

23.02.2011
Крупные взятки почти не ловятся, и увеличение штрафов вряд ли изменит ситуацию

Сбор коррупционной ренты – самый эффективный и масштабный бизнес в нашей стране. Взятка – фактический налог, которым облагается любая деятельность. Видимо, исходя из этого, президент и предложил ввести прогрессивную шкалу штрафов за мздоимство.

Глава государства внес в Думу закон о кратных штрафах за взятки; последних теперь будет несколько разновидностей. Обычной мздой нарекут сумму до 25 тысяч рублей, значительной – до 150 тысяч, крупной – до одного миллиона и особо крупной – свыше миллиона.
Вот, оказывается, в чем была проблема с коррупцией: мы сортов взяток не различали. Многие думали, что эта беда вырастает на плохих законах и удобряется неработающими государственными институтами, а оно вон как!
Ну, слава богу, забрезжил свет в конце мрачного тоннеля.
Увидев текст законопроекта, хор придворных привычно затянул дежурное «аллилуйя» и поклялся спешно провести документ через все три камлания. Дрожи, мздоимство! Недолго тебе осталось.
Пока жрецы совершают традиционные перед выборами магические обряды, мы спустимся с небес на землю и вернемся на несколько дней назад. Обычная дорожная история. Сотрудник ДПС останавливает автомобиль и предлагает водителю подуть в алкотестер, на табло которого высвечивается 0,2 мг в пересчете на литр крови. Никаких признаков опьянения нет, хотя человек еще до проверки признается, что накануне был на поминках и действительно впервые лет за десять выпил полторы рюмки водки. Как бы то ни было, но водитель после такого количества выпитого наутро пьяным быть никак не мог.
Однако то ли организм у гражданина с непривычки не так быстро вывел алкоголь, то ли прибор был в слишком умелых инспекторских руках, но факт остается фактом – алкоголь обнаружен. Еще несколько месяцев назад, когда в законе еще был определен максимально допустимый уровень алкоголя в крови (0,3 промилле), инспектор пожелал бы водителю счастливого пути и история не имела бы никакого продолжения. Но недавно люфт устранили, и наш до этого законопослушный гражданин стал злостным нарушителем, будь он даже практически трезвенником и имеет безукоризненную историю вождения автомобиля. Государство теперь считает его опасным для общества и нуждающимся в исправительных мерах. Пусть так, но интересно продолжение.
Итак, после обнаружения алкоголя офицер поведал, что прежние вольности со спиртным недавно прекратил сам президент, подписав известный закон. А он, инспектор, все понимает и видит, что человек нисколько не пьян, но он обязан (служба!) неукоснительно выполнять решения главы государства. Посему нарушителю надлежит проследовать на медицинское освидетельствование, после чего он наверняка будет лишен водительских прав года на два. Даром что ли премьер-министр страны на днях об этом же позаботился вслед за президентом? Пить за рулем можно только кефир, да и того не больше одного таза за раз. Тут, вероятно, офицер должен был подмигнуть, хотя достоверно нам это неизвестно. Но главная мысль была изложена доходчиво.
Наш гражданин намеки о президенте и премьерском кефире понял, тем более что уроки прежней жизни кое-чему научили. А научили они его тому, что нет ничего дороже (в прямом и переносном значении), чем искать здравый смысл и справедливость под тенью гербов и флагов. Зайдет такой лишенный прав бедолага в здание с лаконичной вывеской из трех букв, а там сидит концентрированная государственная честь в черном, способная с помощью формальных приемов ловко превращать саму мать Терезу в заядлую рецидивистку – или наоборот. По обстоятельствам… Но об этом как-нибудь в следующий раз.
Рассудив здраво, рискованных экспериментов новоявленный алкоголик решил не проводить и сделал то, от чего воздерживался еще дольше, чем до этого от водки. Короче, в руки стража порядка перекочевали три тысячи рублей в обмен на дальнейшее передвижение. Каков итог? Целых два правонарушения за несколько минут. Если бы не прошлогодний президентский «сухой» закон, не было бы нашего рецидивиста. Любопытно здесь то, что и страж порядка, и нарушитель понимают абсурдность существующего закона и поэтому поступают хотя и незаконно, но вполне рационально.
Этот совершенно типичный бытовой случай, по нынешним временам не заслуживающий никакого внимания, более интересен своим контекстом. Обратили внимание на слова офицера ДПС о том, что сам президент требует наказывать условно нетрезвых водителей? От себя добавим, что этот же президент, если не подводит память, велел не менее строго бороться еще и с коррупцией. Т. е. государевым людям из-за зубчатой кремлевской стены было послано целых два сигнала, но один из них до адресатов дошел, а второй посыл где-то потерялся. Тут или сигнальщик тихо сигналил, или подданные глухи на все свое правое ухо. Причем
не нужно было быть пророком, чтобы угадать, какое именно из этих двух президентских посланий растворится в пустоте, а какое отольется в граните в причудливую форму. А потому картина вырисовывается та еще: взятки собираются именем президента страны, объявившего борьбу с коррупцией.
Интересно, что никакие грозные «ай-я-яй!» из самой высокой башни и суровые сдвигания бровей а-ля Киса Воробьянинов пока этот натюрморт никак не портят. Расценки на неформальные услуги широко известны, и «кассы» всегда свободны. Ничего удивительного, если учесть, что на сегодняшний день сбор коррупционной ренты – самый эффективный и масштабный бизнес в нашей стране. Это с удвоением ВВП сложно, а этот растет, как борщевик по обочинам. Взятка превратилась в налог, которым облагается любая деятельность. Видимо, ассоциация с налогом сильна, раз предлагают ввести прогрессивную шкалу.
В нынешнем Уголовном кодексе есть только два вида взяток: обычная – до 150 тысяч рублей – и крупная – свыше этой суммы. Но в прошлом году две трети всех пойманных уличены во взятках всего лишь от 500 до 10 тысяч рублей. Если в наших «обычаях» давать суммы много меньше 150 тысяч, то, быть может, вполне логично снизить порог обычной взятки до 25 тысяч рублей. Однако тогда неясно, для кого вводится подробная градация более крупных сумм. Например, величины свыше одного миллиона фигурируют лишь в нескольких десятках дел в год. Причем именно крупные суммы почти не ловятся, и нужно быть наивным кремлевским мечтателем, чтобы рассчитывать на то, что новый закон что-то здесь изменит.
Технология передачи больших взяток столь отточена, что поймать можно только тех, кого система сдаст сама. Механизмы действуют почти открыто и не являются особым секретом.
Обычно у человека, попавшего на государственную должность, близкие родственники или друзья вдруг обнаруживают уникальные предпринимательские таланты и поразительное везение, а в самих чиновниках нежданно просыпаются гениальные преподаватели и ученые, точно так же стремительно засыпающие после потери места. Иной за одну прочитанную лекцию получает больше, чем штатный академик за год. И все, просьба заметить, в полном соответствии с законом. Так что новая шкала придумана не для них.
Но оставим «тяжеловесов», которых никто и не думал ограничивать, и примерим новые правила на нашего водителя-рецидивиста. Сегодня за передачу инспектору трех тысяч ему грозит штраф до 200 тысяч рублей или в сумме его заработной платы за 18 месяцев, по президентскому законопроекту – от 45 до 90 тысяч рублей. Инспектор же, беря «в карман», сегодня рискует потратиться на сумму от 100 до 500 тысяч, в будущем – от 75 до 150 тысяч.
Что принципиально меняется? Уменьшается ли количество мотивов для взяток? Не требуя ответа на риторические вопросы, заметим, что сегодня пойти неформальным путем проще и дешевле, чем законным, а строгость законов ощущает на себе преимущественно законопослушный гражданин.

Олег Леонов
Войти на сайт или авторизоваться через соц сети


Вернуться к списку новостей