Наверх

Тейковские «молочные» разборки

или Чекистов бывших не бывает - 2

11.05.2017
Комментарий Владимира Бурова на статью Алексея Машкевича «Бизнес силой или Чекистов бывших не бывает»


Господин Машкевич А.В. благодарю Вас за пиар в отношении моей скромной персоны. Возьму на себя смелость и посоветую сменить рубрику «Слухи и факты» на «Слухи и сплетни», поскольку фактов в «судебной истории» как раз маловато. Мочалов Л.Б. представлен таким «белым и пушистым», безвинно пострадавшим. При этом виноваты я, полиция, следственный комитет, словом все кроме Мочалова Л.Б.

Вам бы приехать на «Тейковский молочный завод» и спросить у любого работающего о личности Мочалова Л.Б., о том как, происходил раздел бизнеса, и тогда возможно появилось бы другое мнение. Но как говорится «не барское это дело ехать в захолустье за правдой», Конечно, не стоило касаться моей чекистской деятельности, которой я очень горжусь и ни дня не сожалел о том, что посвятил ей четверть века своей жизни. «Кружиться мне и выживать» в лихие девяностые (как Вы указываете) не приходилось, я честно служил, за что имею правительственные награды и ни в какой предпринимательской деятельности не участвовал, до увольнения в 2004 году. Комментировать несоответствующую информацию о «курировании» промышленных предприятий – даже не хочу. Почитайте хотя бы литературу и поймете, чем занимаются спецслужбы страны.

Да, Мочалова Л.Б. я знаю давно. В 1998 году не без моей помощи он был назначен исполнительным директором, поскольку в те годы считалось негласным правилом устно «согласовывать» назначения на руководящие должности со структурой ФСБ. Решил также ему финансовую проблему, поскольку Мочалов бы не успел опередить ивановскую фирму «Хайтек», уже владевшую, к тому времени 31% акций завода и готовую купить в течение месяца оставшиеся 21%, о чем уже имелась договоренность с хозяйствами района.

В общем молокозавод должен был оказаться у ивановцев, а поскольку их основная деятельность – текстиль, то вероятнее всего Тейковский молокозавод кому-то был бы продан, или прекратил своё существование, как и многие другие в Ивановской области. Так что патриотизм в то время ещё имел место.

Мочалов на чужие деньги купил у хозяйств района (не без помощи административного ресурса) 52% акций и естественно распределил их на лиц, чьи деньги участвовали в выкупе. Мне лично принадлежало, что-то около 6%, что не возбранялось законодательством. (Имел также акции «Газпрома».) После увольнения со службы мне не удалось попасть в молочный бизнес, в качестве партнера, поскольку Мочалов Л.Б. меня туда «не пустил». Действительно, зачем ему нужны лишние глаза и уши, да ещё из спецслужб. А к тому времени он уже успешно «колотил» личное благосостояние (в большинстве своём противозаконно), всячески ущемляя права акционеров: за весь период своего директорства Мочалов Л.Б. не выплатил им ни копейки дивидендов.

Формально я был участником обществ «Молокопродукт» и «Темол». За такое «бумажное» участие Мочалов Л.Б. платил мне сначала 10 000 рублей, а затем 20 000 рублей в месяц. Сам же получал более 200 000 рублей. Выручала АЗС в посёлке Нерль, которую я построил в 2008 году.

Ваши рассуждения о каких-то равных долях, о моих запросах на 75 процентов долей не соответствуют действительности. Такое положение дел сохранялось до октября 2014 года. К этому времени Мочалов Л.Б. разбогател основательно (3-х комнатная квартира в городе Тейково, 4-х комнатная квартира в м. Красные Сосенки г. Тейково; коттедж в д. Красново; 2-х этажный дом, где проживает первая жена; автозаправочная станция в м. Красные Сосенки; мясной цех в м. Грозилово; автомашина «Фольксваген Туарег»; соответствующий образ жизни: ужин в ресторане, заграничные поездки, личный водитель, т.к. лишён водительских прав за управление а/м в нетрезвом виде и т.д.).

Такого, к сожалению, не скажешь об акционерах руководимого им завода. Поэтому 16 октября 2014 г. досрочно прекращены полномочия Мочалова Л.Б. в качестве исполнительного директора ОАО «Тейковский молочный завод». Акционеры, владеющие крупными пакетами акций, выразили ему недоверие. Приведу выдержки заявлений акционеров из г. Иваново, с которыми я не поддерживал никаких контактов и отношений (это к тому, что если я озвучу заявления Тейковских акционеров, а они такие же, то несомненно появятся реплики Мочалова или Машкевича о зависимости этих лиц от меня, как это было на протяжении рассмотрения уголовного дела в суде.). Итак: Добрынин М.Ю. (12,8% акций) – «Выражаю директору Мочалову Л.Б. недоверие и прошу Совет директоров его переизбрать. Мне известно положение дел на предприятии, о его хорошем финансовом состоянии, а также о личном процветании директора Мочалова Л.Б.». – Акционер Янченкова Е.А. (17,224% акций) …. « В сравнении с другими аналогичными предприятиями ОАО «Тейковский молочный завод добился определённых результатов, однако они, видимо, направленных на улучшение личного благосостояния Мочалова Л.Б., а не на выплату дивидендов акционерам. Выражаю недоверие Мочалову Л.Б. и прошу Совет директоров его переизбирать». Итак – Мочалова Л.Б. переизбрали, но бизнеса не лишили. Он по-прежнему крупный акционер молокозавода (26% акций), член совета директоров. Правда обещал продать свои акции и получил за это предоплату 175 500 рублей, но сейчас всё отрицает, что соответствует «стилю его жизни»: обманывать компаньонов.

Лишившись своего поста. Мочалов Л.Б. понимает, что нет никакого смысла быть соучредителем «дочерних» фирм и 4 декабря 2014 года пишет заявления о выходе из ООО «Продоптторг» и «Темол» и получении своей доли, т.е. половины чистых активов. И с этого времени он уже не являлся участником этих обществ. Так вот, господин Машкевич, а не с 11 июня 2015 г. Мочалов перестал быть участником и соучредителем этих обществ, причем добровольно, а вы говорите силой... Кстати, никаких подписей Мочалова, его согласия для продления полномочий Ляпина А.В. после 4.12.2014 г. уже не требовалось, о чем он вероятно не знал. C этого момента вся Ваша статья теряет смысл, в том числе и фраза «бывший партнер-чекист взял и без уведомления вывел его из состава учредителей» на основании не якобы, а именно собственноручно написанного им заявления, оригинал которого находится в офисе Сбербанка (но видимо головного в Москве, поэтому Мочалову его не показали). Впрочем, какая разница, на основании какого заявления: можно было использовать заявление от 4 декабря 2014 г., которое Мочалов признал и из-за которого фактически проиграл первый арбитражный суд, а не «восстановил справедливость».

Однако же вернемся к статье. Интересы Мочалова никто не ущемлять не собирался. Посчитали чистые активы «Продоптторга» и «Темола». Они в сумме составили около 1 миллиона рублей, плюс долги Мочалову по личным займам (1 000 000 и 1 449 400 рублей). Но по закону суммы долгов не входят в чистые активы и выдаются в соответствии с договорами займов, т.е к 2024 году (договоры готовил сам Мочалов Л.Б.).

В январе 2015 года никаких проблем рассчитаться с Мочаловым по его заявлениям не было. Но вот беда, он категорически отказался официально получать 1 миллион рублей, т.к. должен был бы заплатить налог 13% государству, а делать это он не привык. Оставались 2 44900 рублей по долгам предприятий. В ходе переговоров Мочалов высказал категорическое требование, чтобы деньги за долги я отдал сразу, но на счетах «Продоптторга» и «Темола» таких сумм не было. Пришлось выдавать личные. Составили договоры переуступки прав (цессии). Они являлись «прикрытием» основных договоров «купли-продажи долей». Хлопнули по рукам. В январе – феврале Мочалов получил 1 миллион рублей, после чего оформили нотариально договор в отношении ООО «Продоптторг». По такой же схеме пошли по ООО «Темол». И вот тут-то «напоролись».

В апреле Мочалов Л.Б. получил за ООО «Темол» три транша (в сумме 1 200 000 рублей). Остался последний 300 000 рублей. 30 мая 2015 г. в кабинете у нотариуса, при оформлении сделки. Накануне 22 мая 2015 г. собрались для корректировки подготавливаемых документов. И вот тут-то случилось то, чего никто не ожидал, что повергло в шок работников завода, поскольку все следили за ходом наших переговоров, так как боялись, остановки предприятия, о чём Мочалов неоднократно громогласно заявлял (в случае невыполнения его требований). Уличив момент он самовольно завладел не принадлежавшими ему 315 000 рублей и сбежал с завода. После чего заявил, что разрывает все достигнутые договоренности по продаже 30 мая доли ООО «Темол» и акций завода. А собственно, зачем ему 30 мая продавать свою долю? Всю сумму он уже получил (1 200 000 официально, 315 000 «увёл»). Но ведь юридически оформлена лишь переуступка прав долга (цессия), а не продажа доли. А теперь можно второй раз получить долю чистых активов за «Темол», но уже через арбитраж. Что он и делает уже два года. Вот уже воистину «не делай добра, не получишь и зла». Вот так было дело господин Машкевич, а ваша «вода» в статье, касающаяся продления полномочий Ляпина А.В., расследований следственного комитета, заявлений в полицию – это лишь попытка Мочалова увести следствие в сторону, затянуть дело, отвлечь внимание на негодный объект от противоправного деяния. Расчет простой, затянуть следствие, судебное разбирательство, выразить недоверие судье, обжаловать приговор, поднять шумиху в прессе, а там и наступит 22 мая 2017 года – срок давности по преступлению – и свободен, и по новой в арбитраж.

Жадность и стремление получать больше денег справедливо привели Мочалова Л.Б. на скамью подсудимых. Совершая своё преступление он на это не рассчитывал, а надеялся (из-за незнания закона), что никто не посмеет обратится в правоохранительные органы, поскольку якобы от подписи Мочалова зависело продление полномочий директора ООО «Темол». А без этого рассчитывал остановить молокозавод, парализовав банковский счёт ООО «Темол», на который перечислялись практически все денежные средства за реализованную продукцию. А без оборотных средств, как известно, предприятие не работает.

Цель этого моего письма не оправдаться, тем более, что не за что. В бизнесе так бывает: покупают акции, переизбирают директоров. Однако нельзя во главу угла ставить получение денег и, добиваясь их, обманывать акционеров, компаньонов, судебные органы.

Я не намерен реагировать на последующие публикации (если они будут) и ввязываться в диалог, привлекающий внимание читателей недостоверной информацией, «покусывающими» структуру ФСБ, следственный комитет, полицию, суды, бывших сотрудников и т.д.


Буров Владимир Васильевич, председатель совета директоров ОАО «Тейковский Молочный Завод»
Войти на сайт или авторизоваться через соц сети


  • Аркадий Седов 12.05.2017 11:34
    Как я понимаю, что все проблемы государства в 90х годах были по причине негласного согласования комитетчиками вороватых людей на ответственные должности.

Вернуться к списку новостей