Наверх

«Независимая газета» Кнут вместо пряника

19.12.2005 00:00
В уходящем году региональным элитам пришлось перестраивать свою деятельность с учетом новых политических реалий

Андрей Рискин, Сергей Сергиевский

В уходящем году регионы получили от федеральных властей множество неожиданных инициатив, политических новшеств, назначений, отставок. В итоге место и роль провинции, то есть почти всей страны, в политической и экономической жизни стала заметно скромнее, чем даже год назад.

«Продфинразверстка» сверху донизу

Одним из самых значительных сюрпризов стала заявленная Минфином РФ инициатива о введении схемы «отрицательных трансфертов» в межбюджетных отношениях. Если доходы муниципалитета более чем вдвое превышают средний уровень по региону, то 50% «сверхсредних» денег должны направляться в региональный бюджет. Аналогичная схема предусмотрена и для регионов-доноров: те средства, которые федеральный Центр предлагает отныне считать излишками, должны поступать не в региональный, а в федеральный бюджет.
В регионах новшество Минфина уже окрестили «оброком», «продразверсткой» и другими нелестными именами.
Тюменская область вместе с входящими в нее Ханты-Мансийским и Ямало-Ненецким округами – как раз те регионы-доноры, которых эта «продразверстка», или, точнее, «финразверстка», коснется в первую очередь. Там уже заговорили о том, что если начинание Минфина будет реализовано, все общеобластные программы будут сорваны.
Благое намерение вытащить из финансовой пропасти депрессивные регионы за счет богатых не лишено смысла. Но такой переток средств уже происходит. Оттого-то регионы-доноры и называются донорами, что их средствами подпитываются истощенные финансовые артерии убыточных регионов. Но незаметно, чтобы такая помощь стимулировала депрессивные регионы к интенсивному развитию. Хотя «дань» с нефтегазовых регионов федеральные власти увеличивали уже не раз.
Регионы-получатели вряд ли станут зажиточными и самостоятельными, а у регионов-плательщиков самостоятельности поубавится. Примечательно, что эта концепция разработана на 2006–2008 годы. Видимо, к знаменательному 2008-му проблема самостоятельности регионов должна быть решена окончательно.

Губернаторы, по порядку рассчитайсь!

В минувшую пятницу Государственная Дума во втором чтении приняла поправки к действующему Закону «О политических партиях», предоставляющие право партии, победившей на региональных парламентских выборах, предлагать своего кандидата на пост высшего должностного лица субъекта РФ.
Поскольку пока побеждающей на региональных выборах партией почти безоговорочно остается «Единая Россия», ясно, что случайные и нежелательные кандидатуры президенту никогда представлены не будут. Эти поправки, видимо, следует считать упреждающим ударом: с учетом возможного, хотя и маловероятного сегодня, появления сильных конкурентов для «Единой России». Ведь до сих пор и так переназначение губернаторов идет, как хотят в Кремле, и никак иначе.
Без всяких бунтов, без видимого сопротивления произошло переутверждение трети губернаторского корпуса. Поначалу эта процедура очень напоминала кампанию советских времен по обмену партийных билетов КПСС. Тогда объявлялось, что цель кампании – не просто поменять старый документ на новый с более художественным портретом на обложке. Нет, следовало отсеять случайных, примазавшихся и прочих недостойных. В общем, очистить и сплотить ряды. Правда, на практике все оставалось, как было. Чем дело закончилось, напоминать излишне.
Примерно так же поначалу проходила кампания по переназначению губернаторов. Цель была заявлена более чем серьезная и актуальная: укрепить вертикаль власти, повысить управляемость. Народ на местах припоминал многочисленные грехи своих начальников и ждал: когда же снимут «нашего». Однако редкий региональный лидер – катастрофически невезучий или уж очень проштрафившийся – оставался без переназначения. Большинство тех, кто храбро обращался к главе государства с запросом о доверии или сам досрочно слагал полномочия, подтверждение доверия получал и был вновь утверждаем на свой пост. Губернаторская гвардия сохраняла свои сплоченные ряды почти без потерь.
Но потом появились новые повороты: стали прислушиваться к «просьбам трудящихся». Одним из первых едва не споткнулся от неожиданности ставропольский губернатор Александр Черногоров. Едва он поставил перед президентом вопрос о доверии (получив, судя по всему, предварительное «добро»), как вдруг возникла быстро ставшая скандальной «водопроводная история».
Пенсионерка, жительница одного из хуторов Ставропольского края, во время прямой линии, по которой президент общался с народом, сообщила Владимиру Путину, что на хутор так и не провели водопровод, на отсутствие которого она жаловалась президенту еще на прошлой прямой линии.
Президент пообещал, что документы на представление Черногорова не подпишет, пока не будет построен водопровод. Губернатор немедленно распорядился срочно достроить водопровод, что и было исполнено. Черногоров был благополучно представлен депутатам и утвержден. Демарш пенсионерки, похоже, произвел на него такое впечатление, что в городе Кисловодске Ставропольского края был срочно открыт новый мост через реку, разрушенный паводком еще летом 2002 года. С тех пор все никак его не могли восстановить, все денег не было, а тут нашлись.
С ивановским губернатором Владимиром Тихоновым случилась аналогичная история, только без счастливого конца. Во время той же прямой линии одна их жительниц области пожаловалась президенту на отмену льгот на проезд в общественном транспорте. А президент, сообщив о договоренности с губернаторами о том, чтобы льготные проездные для пенсионеров были не дороже 200 рублей, добавил: «Если этого не было сделано в Ивановской области, то это явная недоработка и губернатора, и тех людей, которые отвечают за эту сферу».

Кадровый голод Кремля

Вскоре ивановским губернатором был утвержден московский вице-мэр Михаил Мень. Он стал уже третьим из столичной «команды Лужкова», кого, как выражались раньше, «бросили на периферию». До этого нижегородским губернатором стал Валерий Шанцев – второй человек в Московской мэрии. А Георгий Боос возглавил Калининградскую область. Среди прочих комментариев по этому поводу возникли и такие: президенту не хватает сильных надежных кадров, чтобы заменить слабых или неугодных региональных лидеров.
Неординарные и неожиданные кадровые решения были приняты и при очередных заменах в семерке президентских полпредов.
На Дальний Восток отправился Камиль Исхаков, мэр Казани, в очередной раз избранный градоначальником столицы Татарстана всего за месяц до нового назначения.
А приволжским полпредом стал прокурор Башкортостана, сравнительно недавно на эту должность назначенный. Примечательно, что прокурором республики он стал после громких событий в городе Благовещенске в Башкирии, где год назад милиция провела массовые «зачистки» и аресты граждан, превышая должностные полномочия. Александр Коновалов, получив назначение на должность республиканского прокурора, дал этим событиям жесткую оценку и пообещал сделать все для объективного рассмотрения этого дела. Судебный процесс по «благовещенскому делу» продолжается и сейчас.
Интересно, что Сергей Кириенко и Константин Пуликовский, оставившие посты полпредов, получили «атомные» назначения. Кириенко стал главой Федерального агентства по атомной энергетике, а Пуликовский – руководителем Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору. Экс-полпред будет присматривать за экс-полпредом.

Регион исчез, убытки остались

Послезавтра Законодательное собрание Иркутской области рассмотрит документы о проведении референдума по объединению Иркутской области и Усть-Ордынского Бурятского автономного округа и созданию в Прибайкалье нового субъекта РФ. Это стало известно после того, как Владимир Путин направил губернатору Иркутской области Александру Тишанину письмо о своей поддержке инициативы об образовании нового региона.
Теперь дело должно пойти быстро. Пример есть. В июле с. г. президент подписал закон об образовании нового субъекта РФ – Пермского края. А уже 1 декабря первый объединенный регион появился на карте России.
Но процесс идет не так гладко, как хотелось бы. Проблемы, которые возникали в ходе объединения Пермской области и Коми-Пермяцкого автономного округа, повторяются и в других регионах. Главная из проблем – стремление национальных субъектов РФ сохранить особый статус в составе объединенного региона, не потерять национальную индивидуальность.
Этим осложняется и объединение Иркутской области с Усть-Ордынским Бурятским округом, и подготовка к объединению Корякского автономного округа и Камчатской области.
Вторая проблема – экономическая. Слившись с дотационным округом, Пермская область взяла на себя обязанности по его обеспечению. Депрессивный регион с карты исчез. Насколько зажиточным будет тот, что появился, – еще вопрос.

На южном фронте без перемен

На Северном Кавказе этот год, как и все предыдущие, удачным не был. Если в прошлом году были рейд боевиков на Назрань и трагедия в Беслане, то в этом году случился штурм Нальчика. Теракты менее масштабные, но столь же кровавые, не обошли стороной ни привыкшие к ним Чечню, Дагестан и Ингушетию, ни некогда относительно спокойную Карачаево-Черкесию.
Надежды на то, что прояснится наконец-то ситуация вокруг штурма школы в Беслане, в нынешнем году тоже не оправдались. Федеральная комиссия Александра Торшина в очередной раз на полгода перенесла свой доклад, а аналогичная комиссия парламента Северной Осетии в своем докладе обошлась общими фразами, которые мало что прояснили. Суд над единственным оставшимся в живых террористом Нурпаши Кулаевым превратился в скандальное противостояние потерпевших и правоохранительных органов: версии сторон расходятся чуть ли не кардинально. Столь же затянутым оказался и процесс в Черкесске, где на скамью подсудимых по обвинению в убийстве семерых жителей города попал бывший зять президента КЧР Батдыева Али Каитов.
Единственный успех федерального Центра на Северном Кавказе – проведение выборов в парламент Чечни. Правда, сколько ни говори о завершении формирования конституционного пространства в отдельно взятом регионе, жизнь слаще не становится. Потому что жизнь и политические реформы в Чечне следуют параллельными курсами, ни на минуту не пересекаясь. Как был год назад Грозный похож на Сталинград, таким он является и сегодня.
Впрочем, может быть, уже и не Грозный – накануне новоизбранный парламент Чечни предложил переименовать столицу республики в Ахмадкалу (в честь президента Ахмада Кадырова). Если учесть, что еще одна инициатива новоизбранных чеченских парламентариев – издать «Декрет о мире», то невольно вспоминаешь революцию 1917 года. Осталось только издать «Декрет о земле», точнее – о том, что под землей, то есть о нефти. Кстати, бурная дискуссия в связи с возможным переименованием Грозного наглядно показывает, что новоизбранный парламент Чечни – структура несколько опереточная. Неудивительно, что бурные речи свежевыпеченных парламентариев смог остановить только и.о. премьер-министра Чечни Рамзан Кадыров, заявивший, что не видит «никакого повода для переименования Грозного».
После чего жаркие споры мгновенно прекратились, и всем стало в очередной раз понятно, кто в доме хозяин.