Наверх

«Независимая газета» Хиджаб попал в региональный компонент

02.10.2013 00:00
Подход к требованиям школьниц-мусульманок определяется особенностями республик и областей России

Владислав Мальцев

Завершился первый месяц учебного года. Этот сентябрь отличается от предыдущих тем, что теперь ученики по всей стране должны были отправиться на занятия в школьной форме. Напомним, что толчком к этому нововведению стали споры о допустимости ношения девочками хиджаба в школе. Началось все в октябре 2012 года в ставропольском селении Кара-Тюбе с конфликта между директором школы и родителями учениц. Президент Владимир Путин и министр образования Сергей Ливанов тогда однозначно высказались против исламского платка в государственных школах, и 19 июня с.г. Госдума приняла поправки в закон «Об образовании», которые исключали ношение в общеобразовательных заведениях религиозной одежды и символики. Такие же законы были параллельно приняты в целом ряде регионов, и 1 сентября они вступили в силу. Однако на практике все получилось не очень гладко. Можно подвести некоторые итоги.
Самую жесткую позицию в данном вопросе занимают власти Ставропольского края, куда в последнее время переселилось много выходцев из соседних северокавказских республик. Схожая ситуация в Астраханской области, где в 2005 году в селении Яндыки произошел конфликт местных жителей с приезжими чеченцами. В течение двух десятилетий в области отмечается массовая миграция с Северного Кавказа и из соседнего Казахстана, а также общее повышение религиозности населения. Девушки в хиджабах на улицах, в школах и вузах Астрахани давно уже не редкость. «С 1 сентября никаких нестандартных одежд в школах, образовательных учреждениях края не будет. Доведите до представителей всех этносов, особенно тех, кто этим «страдает». Это установка, и дискуссия неприемлема», – заявил 21 июня на заседании этноконфессионального совета региона губернатор Александр Жилкин, добавив: «Кто имеет противоположную точку зрения – выбор стран (для проживания. – «НГР») большой».
Сходную позицию занимают главы регионов Центральной России, где также в последние годы появились исламские диаспоры. «Мы разрешили школам ввести переходный период длиной в учебный год, и за это время спокойно, вместе с родителями, решить, какие требования к школьной одежде будут предъявляться в каждой конкретной школе, – заявил 4 сентября Сергей Собянин. – Хиджабы, мини-юбки, шорты, рваные джинсы и майки навыпуск будут, конечно, запрещены». «В школах Ивановской области ношение хиджабов не будет разрешено, пока я являюсь главой региона, – сказал месяцем ранее, 6 августа, на заседании правительства области губернатор Михаил Мень. – Мы живем в светском государстве, и спорить здесь не о чем, этот вопрос закрыт и обсуждению не подлежит». Стоит отметить, что для этого отдаленного от Кавказа и Поволжья региона проблема головных платков в школах тем не менее тоже актуальна. Как упомянул в своем выступлении Мень, ранее в одной из местных школ было широко распространено ношение ученицами хиджабов. «По словам председателя духовного управления мусульман области Фярита Ляпина… что плохого в том, что девочки ходят в школу… в хиджабах?» – сообщил 9 августа сайт Gorod37.ru.
Власти северокавказских республик настроены гораздо более компромиссно. «Я вообще сторонник того, чтобы эту тему не затрагивать, – сказал 29 августа занимавший на тот момент пост врио главы республики Ингушетия Юнус-Бек Евкуров. – Сейчас в нарушение устава в некоторых школах ходят девочки в хиджабах, ну и пусть себе ходят». В Дагестане 2 сентября представитель республиканского Министерства образования сообщил, что «по поручению врио президента Дагестана Рамазана Абдулатипова дагестанскими дизайнерами были разработаны модели школьной формы», включающие «элемент национальной одежды – легкий платок». Впрочем, в ряде школ разрешается носить также платок, наглухо закрывающий голову, шею и плечи. «Кто хочет, тот и носит хиджаб, – цитирует 5 сентября SmartNews директора одной из махачкалинских школ. – Главное, чтобы он был белым».
Свой особый статус среди субъектов России – напомним, власти этого региона единственными отказались перестать именовать своего лидера президентом – удалось подтвердить Татарстану. 9 июля, уже после принятия федерального закона о школьной форме, министр образования и науки республики Энгель Фаттахов на правительственном брифинге высказался по поводу ношения хиджаба в школах так: «Если есть такие традиции – пусть ходят». «Если на голове будет платок, то никто не будет его насильно снимать», – пообещала неделей позже начальник отдела по работе с письмами, обращениями граждан и СМИ Минобразования Татарстана Алсу Мухаметова. Как заявила тогда же директор государственного общеобразовательного учреждения «Татарская гимназия № 1» Казани Гульфия Шамсеева, она и ее сотрудники не будут с 1 сентября заставлять девочек-мусульманок снимать платки. «Платки наши девочки подбирают не черные, а белые», – добавила Шамсеева. Очевидно, как и в Махачкале, цвет служит «весомым» доводом.
Опыт Татарстана, судя по всему, решили учесть в соседней Ульяновской области, где наряду с русскими (73,6% населения, по переписи 2010 года) много татар (12,2%). Несмотря на заявления губернатора Сергея Морозова и его администрации весной с.г. о необходимости введения единой школьной формы, как это было в Советском Союзе, 14 сентября Морозов написал в своем Twitter, что «вопрос о том, разрешить или нет девочкам в школах носить религиозную одежду, не должен решаться директивно». Судя по его высказываниям, которые цитирует Интерфакс, в Ульяновской области вопрос о ношении девочками-мусульманками головных платков планируют передать на усмотрение школ и их родительских комитетов. А в Ульяновске уже имеются сильно исламизированные общеобразовательные школы. «Ульяновская школа № 56 расположена в той части города, где живет довольно много мусульман. Это одна из двух городских школ, где преподаются «Основы исламской культуры» (ОИК), – рассказывал в феврале 2012 года сайт Islamrf. ru. – Урок ОИК в пятом классе: учительница в мусульманском платке, девочки тоже. В этой подгруппе… есть татары, азербайджанцы, чеченец… К своим 10–11 годам дети подкованы в предмете и бойко отвечают, что ислам – религия, посланная Богом, что она требует покорности делам и наставлениям Пророка, что Коран надо изучать на языке, который послал Аллах, то есть на арабском, чтобы не было искажений. В подтверждение один мальчик зачитывает Коран на языке оригинала. Учитель начальных классов Наиля Садыкова, ведущая урок исламской культуры, посещала курсы при мечети… В сложных случаях ходит за советом к имаму». Возможно, власти просто побоялись трогать подобные школы.
«Все зависит от типа региона, – считает эксперт по политическому исламу Георгий Энгельгардт. – Ведь у нас в стране есть как бы «обычные» субъекты и несколько «выдающихся» с разными правами и привилегиями, где все происходит в соответствии с местными традициями. Безусловно, будут вопросы в регионах Восточного и Северного Кавказа, где ношение платка не формализованная, но достаточно широко принятая практика. По поводу Дагестана можно вспомнить целую серию в последние годы запугиваний и убийств учителей и директоров, боровшихся в школах с хиджабами». Энгельгардт также обратил внимание на политические тенденции, в том числе в ходе выборов мэра Москвы. «Видно, что наши власти решили учесть раздражение, которое вызывают мигранты (большая часть которых относится к мусульманским народам. – «НГР») у населения, в связи с этим делаются какие-то демонстративные шаги», – считает он. К последним можно причислить и повторяющиеся заявления Сергея Собянина о том, что он считает ненужным строительство в Москве новых мечетей. Поэтому, отметил Энгельгардт, «в областях Центральной России закон о школьной форме будет скорее всего реализован». «В Поволжье более сложная ситуация, что показывает пример той же Ульяновской области, скорее всего в существующих тут религиозных анклавах стоит ожидать некоего «закрывания глаз» со стороны властей», – говорит эксперт.
По мнению члена научного совета Московского центра Карнеги Алексея Малашенко, действия на местах в рамках кампании по введению единой школьной формы и борьбы с хиджабами в школах «зависят, во-первых, от региональных политиков самого верхнего эшелона, во-вторых, от того, как на самом нижнем уровне это воспринимается общественностью и местной администрацией, особенно теми, кто непосредственно с этим сталкивается, то есть директорами школ и т.д.». Затронутая этим конфликтом проблема достаточно серьезна. «Население мусульманское возрастает, у нас в Астрахани уже почти 30% мусульман, в Ставропольском и Краснодарском краях оно быстро растет из-за миграции, и проблема дальше будет только усугубляться, – сообщил он «НГР». – Сейчас есть два варианта: либо эта кампания будет доведена до абсурда и вызовет массу конфликтов, потому что педалирование подобных тем вызывает гипертрофию идентичности («как, мне кто-то запрещает быть мусульманкой!»), либо она заглохнет, и все останется как было».
Пока что кампания против хиджабов, начатая из федерального центра, уже на старте «забуксовала» на уровне регионов, особенно тех, которые ревностно оберегают свой привилегированный статус, или тех, где местные власти склонны прислушиваться к этноконфессиональным группам населения и исламскому духовенству. В то же время в ряде преимущественно славянских по населению регионов, куда идет мощный поток мусульманской миграции, эта тема дала губернаторам возможность еще раз подчеркнуть, что они прислушиваются к избирателям, озабоченным исламизацией.